Гражданско-правовая ответственность: понятие, основание и условия Освобождение от гражданско-правовой ответственности.

§ 2. Условия ответственности

Выпуск 4 (18) 2012

УДК 34.03

ПРИМЕНЕНИЕ МЕР ГРАЖДАНСКО-ПРАВОВОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТИ

О.А. Кузнецова

д.ю.н., профессор кафедры гражданского права
Пермский государственный национальный исследовательский университет
614990, г. Пермь, ул. Букирева, 15
E-mail: Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.

Статья посвящена наименее изученному аспекту гражданско-правовой ответственности – ее применению. Фокус современных цивилистических исследований в этой сфере направлен прежде всего на проблемы понятия ответственности, перечня мер ответственности, оснований и условий их применения. В то время как теоретически обоснованная концепция механизма применения мер ответственности в гражданском праве отсутствует. Нормы гражданского законодательства о применении мер ответственности разрозненны, непоследовательны, казуистичны. Предлагается разработать единый институт применения гражданско-правовой ответственности и включить в него регулирование принципов определения размера ответственности, оснований освобождения от нее и постприменения ответственности (оснований освобождения от уже назначенной меры гражданско-правовой ответственности).


Ключевые слова: гражданско-правовая ответственность; применение гражданско-правовой ответственности; освобождение от гражданско-правой ответственности; ограничение гражданско-правовой ответственности; малозначительность гражданского правонарушения

 

Институт ответственности занимает особое место в структуре отрасли гражданского права. Он концентрирует большинство охранительных гражданско-правовых норм. Нормы этого института обеспечивают действие отраслевых правовых принципов восстановления гражданских прав и их судебной защиты (ст. 1 ГК РФ). Проблем с реализацией регулятивных (даже не вполне совершенных) норм, устанавливающих права и обязанности, как правило, возникают, в момент их нарушения и, как следствия, в момент обращения к необходимости применения мер ответственности. Большинство судебных споров – это споры о привлечении к ответственности или применении иных мер защиты нарушенных прав.

Безусловно, с учетом такой значимости института ответственности, он не был обделен вниманием исследователей. Однако далеко не все дискуссионные вопросы гражданско-правовой ответственности разрешены, некоторые из них не без основания можно назвать «черными дырами» отечественной цивилистики. К числу последних можно отнести и вопросы применения мер гражданско-правовой ответственности.

Реализация любой меры юридической ответственности, в том числе и гражданско-правовой, проходит три основных этапа. Первый связан с установлением факта правонарушения и его квалификацией (основание, условия ответственности, обстоятельства, исключающие противоправность поведения). На втором этапе определяется мера ответственности (вид и размер наказания). Третий этап заключается в непосредственном назначении (применении) меры юридической ответственности.

Фактически институт гражданско-правовой ответственности должен содержать три подынститута, регулирующих каждый из этих этапов.

Вопросы применения (назначения) меры ответственности встают только тогда, когда установлен факт правонарушения; лицо, совершившее правонарушение; состав правонарушения (условия ответственности); выбрана мера ответственности. Например, гражданин П. (правонарушитель) разбил стекло квартиры гражданина К. (правонарушение), подлежит возмещению имущественный вред (мера ответственности, санкция).

На стадии применения санкции необходимо определиться с конкретным размером ответственности, проверить наличие оснований освобождения от ответственности.

Этот подынститут регулирует и вопросы освобождения от уже назначенной меры ответственности (постприменение ответственности).

Определение размера гражданско-правовой ответственности.

Все санкции за гражданские правонарушения принято разделять на две группы: меры ответственности и меры защиты. Если в результате применения санкции у правонарушителя возникает дополнительная имущественная обязанность, то такая санкция является мерой ответственности. При этом меры ответственности могут носить либо компенсационный либо штрафной характер.

К компенсационным мерам ответственности следует отнести возмещение убытков (вреда); компенсацию морального вреда; уплату компенсации вместо возмещения убытков за нарушения исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности.

>К штрафным – уплату неустойки; уплату процентов за пользование чужими денежными средствами; потерю задатка; уплату задатка в двойном размере; одностороннюю реституцию и недопущение реституции; изъятие и уничтожение за счет нарушителя оборудования, прочих устройств и материалов, используемых или предназначенных для совершения нарушения исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности; изъятие из оборота и уничтожение за счет нарушителя контрафактных товаров, этикеток, упаковок товаров, на которых размещены незаконно используемый товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение.

При определении размера ответственности необходимо учитывать ряд обстоятельств.

Размер компенсационных мер ответственности базируется на принципе полного возмещения причиненных вредных последствий, но может быть ограничен в санкции соответствующей статьи за отдельное правонарушение. Так, например, в уголовном праве размер штрафа по общему правилу устанавливается в размере до пяти миллионов рублей (ст. 2 ст. 46 УК РФ), однако за конкретные преступления этот размер может быть меньше.

В соответствии с п. 1 ст. 400 ГК РФ по отдельным видам обязательств и по обязательствам, связанным с определенным родом деятельности, законом может быть ограничено право на полное возмещение убытков (ограниченная ответственность).

В ГК РФ множество норм, которые субординируются к этому общему правилу. Так, например, участники общества с ограниченной ответственностью не отвечают по его обязательствам и несут риск убытков, связанных с деятельностью общества, в пределах стоимости принадлежащих им долей (ст. 87 ГК РФ); лицо, задержавшее безнадзорных животных, и лицо, которому они переданы на содержание и в пользование отвечают за гибель и порчу животных в пределах их стоимости (п. 3 ст. 230 ГК РФ); в случаях неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательств по договору энергоснабжения сторона, нарушившая обязательство, обязана возместить причиненный этим реальный ущерб (ст. 547 ГК РФ); в случае, когда хранитель произвел чрезвычайные расходы на хранение, не получив от поклажедателя предварительного согласия на эти расходы, хотя по обстоятельствам дела это было возможно, и поклажедатель впоследствии не одобрил их, хранитель может требовать возмещения чрезвычайных расходов лишь в пределах ущерба, который мог быть причинен вещи, если бы эти расходы не были произведены (п. 2 ст. 898 ГК РФ); каждый из наследников отвечает по долгам наследодателя в пределах стоимости перешедшего к нему наследственного имущества (ст. 1175 ГК РФ) и т.п.

В гражданском праве имеются элементы общеправового института обстоятельств, смягчающих ответственность и, как следствие, влияющие на размер меры ответственности. К ним можно отнести следующие обстоятельства.

Во-первых, вина потерпевшего. Согласно п. 2 ст. 1083 ГК РФ, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. В силу п. 1 ст. 404 ГК РФ, если неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства произошло по вине обеих сторон, суд соответственно уменьшает размер ответственности должника. Суд также вправе уменьшить размер ответственности должника, если кредитор умышленно или по неосторожности содействовал увеличению размера убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением, либо не принял разумных мер к их уменьшению. В соответствии с п. 1 ст. 901 ГК РФ профессиональный хранитель отвечает за утрату, недостачу или повреждение вещей, если не докажет, что утрата, недостача или повреждение произошли в результате умысла или грубой неосторожности поклажедателя.

Во-вторых, имущественное положение причинителя вреда. Суд может уменьшить размер возмещения вреда, причиненного гражданином, с учетом его имущественного положения, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно (п. 3 ст. 1083 ГК РФ).

В-третьих, явная несоразмерность подлежащей уплате неустойки последствиям нарушения обязательства (ст. 333 ГК РФ).

В-четвертых, характер причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степень вины причинителя морального вреда в случаях ответственности за вину (п. 3 ст. 1101 ГК).

Нетрудно заметить, что указанные обстоятельства «собраны» в гражданском праве несистемно, непоследовательно, хаотично и, по большому счету, казуистично, применительно только к отдельным правонарушениям и видам ответственности.

С юридико-технических позиций не вполне объяснимы мотивы дублирования вины потерпевшего (кредитора) и в общей части ГК об обязательствах (ст. 404) и в главе о деликте (ст. 1083). Остается неясным, зачем об этом основании ограничения ответственности законодатель специально говорит в отношении договора хранения (п. 1 ст. 901 ГК РФ), ведь общее правило, предусмотренное в ст. 404 ГК РФ, распространяется и на договор хранения.

Непонятно, почему имущественное положение потерпевшего влияет на уменьшение размера деликтной ответственности (п. 3 ст. 1083 ГК РФ), а на размер договорной ответственности, например за убытки, не влияет (упоминание об этом обстоятельстве вообще отсутствует в главе 25 общей части ГК РФ). Явная несоразмерность размера ответственности последствиям нарушения обязательства является основанием для снижения только неустойки, а иных штрафных мер ответственности по необъяснимым причинам не касается.

Большие методологические и технико-юридические нарекания вызывает использование в гражданском праве категории «вина потерпевшего».

Прежде всего следует указать на технико-юридическую ошибку в такой конструкции: вред причиняется не виной (умыслом или неосторожностью), а деянием, поведением лица. Поэтому, если вред причинен в результате поведения (умышленного деяния) самого потерпевшего, например, самоубийцы, то противоправность деяния непосредственного причинителя вреда исключается.

Также и грубая неосторожность не может содействовать возникновению вреда, поскольку возникновению вреда содействует только поведение.

В целом, о вине допустимо говорить только в отношении субъекта правонарушения (правонарушителе), т.е. лица, которое причинило вредные последствия, а в отношении потерпевшего в этих случаях теория права использует категорию «противоправное поведении потерпевшего, способствовавшее совершению правонарушения», оно учитывается при определении размера ответственности. Например, п. з) ст. 61 УК РФ в качестве обстоятельства, смягчающего наказание, указывает на противоправность или аморальность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления.

В ГК РФ также следует указать, что поведение потерпевшего (кредитора), способствовавшее возникновению или увеличению вредных последствий, ведет к ограничению (уменьшению размера) ответственности причинителя вреда (кредитора).

В целом, гражданское законодательство нуждается в универсализации и систематизации оснований для ограничения ответственности и введении легальной категории «обстоятельства, смягчающие ответственность».

Освобождение от гражданско-правовой ответственности.

При применении любого вида юридической ответственности подлежат выяснению основания, освобождающие от ответственности.

Сущность освобождения от юридической ответственности заключается в том, что лицо нецелесообразно привлекать к ответственности при утрате общественной вредности содеянного или самого правонарушителя, при этом состав (условия ответственности) правонарушения в его действиях полностью присутствует. Общеправовыми основаниями освобождения от ответственности являются истечение сроков давности, малозначительность, примирение с потерпевшим. Фактически это акт гуманизма со стороны государства по отношению к правонарушителю, но последний остается правонарушителем, поскольку запрещенное нормами права деяние он все-таки совершил.

При этом в цивилистической теории понимание освобождения от гражданско-правовой ответственности диаметрально противоположно общеправовому подходу. Лицо освобождается от гражданско-правовой ответственности, если в его поведении вообще отсутствует необходимый набор условий ответственности (состав правонарушения), т.е. если он и не является правонарушителем. Традиционными основаниями освобождения от гражданско-правовой ответственности являются непреодолимая сила, случай, умысел потерпевшего. Если самоубийца бросился под машину, то гражданское право «освобождает» водителя от ответственности.

С учетом лексико-логического анализа термина «освобождение от ответственности» необходимо сначала иметь нормативную возможность к ответственности привлечь, а потом уже от нее освободить, при этом привлечь к ответственности можно только правонарушителя. В вышеуказанном примере гражданское законодательство провозглашает водителя правонарушителем, а потом «прощает» его, освобождая от ответственности, но при этом клеймо правонарушителя на нем остается.

В случае отсутствия какого-либо элемента состава гражданского правонарушения необходимо вести речь об исключении ответственности, а не освобождении от нее. При этом и постановка вопроса о применении ответственности будет бессмысленной.

На наш взгляд, к основаниям освобождения от гражданско-правовой ответственности следует относить истечение срока давности при соответствующем заявлении стороны в споре, малозначительность правонарушения, отказ кредитора от привлечения правонарушителя к ответственности (прощение долга), примирение с правонарушителем.

Институты исковой давности и прощения долга давно известны гражданскому законодательству, хотя и не в контексте освобождения от ответственности, а вот категория малозначительности (незначительности) является для него новой, но не менее необходимой.

Согласно п. 2 ст. 348 ГК РФ, обращение взыскания не допускается, если допущенное должником нарушение обеспеченного залогом обязательства крайне незначительно и размер требований залогодержателя явно несоразмерен стоимости заложенного имущества. Если не доказано иное, предполагается, что нарушение обеспеченного залогом обязательства крайне незначительно и размер требований залогодержателя явно несоразмерен стоимости заложенного имущества при условии, что одновременно соблюдены следующие условия:

1) сумма неисполненного обязательства составляет менее чем пять процентов от размера оценки предмета залога по договору о залоге;

2) период просрочки исполнения обязательства, обеспеченного залогом, составляет менее чем три месяца.

В последнем случае гражданское право использует термин незначительность как синоним понятия малозначительности, известное общей теории права и публично-правовым отраслям права (ч. 2 ст. 14 УК РФ, ст. 2.9 КоАП РФ).

Возникает закономерный вопрос к нормотворцу: почему незначительность гражданского правонарушения урегулирована только применительно к договору залога?

Необоснованность такого подхода к регламентации незначительных (малозначительных) гражданских правонарушений быстро выявила судебная практика.

Несмотря на то, что нормативно урегулирована незначительность просрочки только при обращении взыскания на заложенное имущество, суды применяют «незначительность нарушения» как достаточно универсальную категорию, в частности, как основание для уменьшения размера неустойки по различным видам договоров: «Снижение размера неустойки в каждом конкретном случае является одним из предусмотренных законом правовых способов, которыми законодатель наделил суд в целях недопущения явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства. В этом смысле у суда возникает обязанность установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения.

Суд правомерно указал на несоразмерность неустойки последствиям нарушения обязательства, приняв во внимание незначительную просрочку сдачи дома в эксплуатацию ….» [2; 4].

Суды применяют категорию незначительности (как малозначительности) при оценке не только продолжительности просрочки, но и при других правонарушениях. Так, например, суды оценивают на предмет «значительности–незначительности» нарушения, допущенные при проведении торгов [3], при оценке оснований для признания выпуска ценных бумаг недействительным [5].

При этом подчеркнем, что нормативно закрепленные основания для такого правоприменения отсутствуют.

На наш взгляд, гражданское право также нуждается в легальном понятии «малозначительность нарушения» как основании для освобождения от применения ответственности.

Подтверждением этому может служить и то обстоятельство, что в правовых позициях судов высших инстанций этот термин уже появился. В п. 3 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 13 августа 2004 г. №84 «О некоторых вопросах применения арбитражными судами статьи 61 Гражданского кодекса Российской Федерации» установлено, что «юридическое лицо не может быть ликвидировано, если допущенные им нарушения носят малозначительный характер или вредные последствия таких нарушений устранены» [1].

Гражданское право могло бы обратить внимание и на такое основание для освобождения от ответственности как примирение кредитора (потерпевшего) с правонарушителем. Пока такая возможность существует только в рамках судебного рассмотрения спора при использовании процессуальных правовых инструментов (заключение мирового соглашения, отказ истца от иска). Однако с учетом принципов применения юридической ответственности данное основание целесообразно закрепить прямо в нормах материального права. Оно будет ориентировать участников конфликта к поиску примирения, возможно с использованием медиативных процедур, особенно в «непредпринимательских» спорах.

Освобождения от уже назначенной меры гражданско-правовой ответственности (постприменение ответственности).

В уголовном праве известна категория освобождения от наказания, сущность которой заключается в том, что правонарушитель уже привлечен к ответственности, к нему применено государственное принуждение в соответствие с приговором суда, но по установленным в законе основаниям он освобождается от претерпевания (несения) наказания.

В гражданском праве также возможны ситуации, когда с правонарушителя в соответствие с решением суда уже взыскан причиненный вред, применено государственное принуждение, но при этом впоследствии он полностью или частично освобождается от его возмещения.

Если кредитор не обращает решение суда к принудительному исполнению в течение установленного законом срока, правонарушитель фактически по воле кредитора освобождается от наказания, что в полной мере соответствует принципам гражданско-правового регулирования. Это основание освобождения от несения меры гражданско-правовой ответственности является универсальным, применимым к любым мерам ответственности, за любые правонарушения.

Другие случаи освобождения от гражданско-правового «наказания» применяются только при привлечении к ответственности за вред, причиненный жизни или здоровью.

>Во-первых, если родители (усыновители), опекуны либо другие граждане, указанные в пункте 3 ст. 1073 ГК РФ, умерли или не имеют достаточных средств для возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью потерпевшего, а сам причинитель вреда, ставший полностью дееспособным, обладает такими средствами, суд с учетом имущественного положения потерпевшего и причинителя вреда, а также других обстоятельств вправе принять решение о возмещении вреда полностью или частично за счет самого причинителя вреда.

>Во-вторых, лицо, на которое возложена обязанность возмещения вреда, причиненного здоровью потерпевшего, вправе потребовать соответствующего уменьшения размера возмещения, если трудоспособность потерпевшего возросла по сравнению с той, которая была у него к моменту присуждения возмещения вреда (п. 2 ст. 1090 ГК РФ).

В-третьих, суд может по требованию гражданина, причинившего вред, уменьшить размер возмещения вреда, если его имущественное положение в связи с инвалидностью либо достижением пенсионного возраста ухудшилось по сравнению с положением на момент присуждения возмещения вреда, за исключением случаев, когда вред был причинен действиями, совершенными умышленно (п. 4 ст. 1090 ГК РФ).

Поскольку происходят изменения в уже примененных мерах ответственности, то возможно в таких случаях использовать термин «постприменение» гражданско-правовой ответственности.

 

Библиографический список

  1. Информационное письмо Президиума ВАС РФ от 13 августа 2004г. №84 «О некоторых вопросах применения арбитражными судами статьи 61 Гражданского кодекса Российской Федерации» // Вестник ВАС РФ. 2004. №10.

  2. Постановление ФАС Волго-Вятского округа от 02.06.2009 по делу №А11-9206/2008-К1-2/361) [Электронный ресурс]. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».

  3. Постановление ФАС Московского округа от 02.11.2007 №КГ-А40/11304-07 по делу №А40-80127/06-83-612) [Электронный ресурс]. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».

  4. Постановление ФАС Московского округа от 13.05.2011 №КГ-А40/4045-11 по делу №А40-99194/10-100-866 [Электронный ресурс]. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».

  5. Постановление ФАС Центрального округа от 2 августа 2002 г. по делу №А48-280/02-18к [Электронный ресурс]. Доступ из справ.-правовой системы «КонсультантПлюс».

 

ВИДЕО ПО ТЕМЕ: Административная ответсвенность

Соотношение освобождения от гражданско-правовой ответственности лежит механизм привлечения к гражданско-правовой ответственности. в зависимости от основания возникновения ответственности следует различать.

Совершенствование механизма привлечения к гражданско-правовой ответственности корпораций

§ 2. Условия ответственности

1. Привлечение к гражданско-правовой ответственности возможно лишь при наличии определенных условий. Их совокупность образует состав гражданского правонарушения.
Согласно п. 1 ст. 401 ГК лицо, не исполнившее обязательство либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины, кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности. Полный (общий) состав гражданского правонарушения включает в себя следующие условия (элементы): 1) противоправность поведения, 2) наличие вреда, 3) причинная связь между противоправным поведением и возникшим вредом, 4) вина причинителя вреда.
2. Противоправным является действие или бездействие, нарушившее нормы закона или иного правового акта, а также субъективное право лица.
Действия приобретают противоправный характер при ненадлежащем исполнении или неисполнении обязательства. Законодательство не содержит исчерпывающий перечень запрещенных действий. Противоправно, например, разглашение коммерческой тайны (ст. 139 ГК), совершение ничтожных сделок (ст. ст. 166 — 172 ГК). Противоправно вносить и принимать жилищные сертификаты в качестве взноса в уставный капитал хозяйственных обществ и товариществ (п. 19 Положения о выпуске и обращении жилищных сертификатов <*>).
———————————
<*> СЗ РФ. 1994. N 7. Ст. 694; 1997. N 14. Ст. 1607.
Противоправное бездействие не сводится к простой пассивности субъекта, а состоит в воздержании от определенных предписанных правовым актом или договором действий.
Некоторые действия влекут вредоносный результат и внешне кажутся обладающими признаками противоправности, но в действительности не являются ни опасными, ни противоправными. В частности, действия, совершенные в состоянии необходимой обороны и крайней необходимости.
Под необходимой обороной понимается состояние, в котором причиняется вред нападающему в целях защиты от общественно опасного посягательства на интересы государства, организаций, других граждан и самого обороняющегося. Вред, причиненный нападающему в состоянии необходимой обороны, считается правомерным и потому не подлежит возмещению. При превышении пределов необходимой обороны наступает ответственность на общих основаниях (ст. 1066 ГК); такие действия причинителя вреда расцениваются как противоправные.
Крайней необходимостью признается состояние, в котором причиняется вред в целях устранения опасности, угрожающей самому причинителю или другим лицам, если эта опасность при данных обстоятельствах не могла быть устранена иными средствами. Действия причинителя в состоянии крайней необходимости не являются противоправными, но в гражданском законодательстве предусмотрен порядок распределения возникших убытков (ст. 1067 ГК).
Вредоносными, но не противоправными будут также: а) осуществление профессиональных функций лицами некоторых специальностей (пожарные при тушении пожара жилого дома повреждают мебель), б) причинение вреда с согласия потерпевшего в пределах, установленных правовым актом (проведение опасного медико-биологического эксперимента на здоровом человеке-добровольце), в) осуществление своего права в рамках, предусмотренных правовым актом (слом собственником своего сарая).
3. Вред в гражданском праве — умаление субъективного гражданского права или уничтожение блага. Вред может быть причинен личности или имуществу. В юридической литературе, судебной и арбитражной практике используются понятия «вред», «ущерб», «убытки». Вред и ущерб чаще всего рассматриваются в качестве синонимов. Понятия «вред» и «убытки» не совпадают. Вред — более широкое понятие, подразделяющееся на имущественный и неимущественный вред.
Имущественный вред — материальные (экономические) последствия правонарушения, имеющие стоимостную форму. Денежную оценку имущественного вреда называют убытками. В п. 1 ст. 15 ГК указывается на два вида убытков: реальный ущерб и упущенная выгода.
К реальному ущербу относятся произведенные или будущие расходы, т.е. сумма, которую потерпевший (кредитор) вынужден затратить вследствие допущенного должником нарушения обязанности. Так, если вред причинен здоровью, то произведенные расходы могут выражаться в затратах на приобретение лекарств, усиленное питание, протезирование, санаторно-курортное лечение и т.п. Взыскание этих дополнительных расходов может быть произведено и на будущее время в пределах сроков, указанных в заключении медико-социальной экспертизы (МСЭК) или судебно-медицинской экспертной комиссии.
Реальный ущерб включает и утрату имущества, т.е. стоимость имущества, которое потерпевший (кредитор) имел и утратил вследствие нарушения обязательства должником. Так, если во время договора перевозки груза потерян предмет перевозки, то утрата выражается в стоимости груза. Под утратой имущества понимается и юридическая невозможность возврата вещей в хозяйственную сферу кредитора (например, при невозможности истребования вещи у добросовестного приобретателя — ст. 302 ГК).
Реальный ущерб состоит также в повреждении имущества, т.е. в сумме, на которую понизилась стоимость имущества вследствие правонарушения. Так, если похищена одна из вещей коллекции, то снижение стоимости коллекции составит реальный ущерб.
Упущенная выгода — неполученные доходы, которые лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено. Для организаций, занимающихся предпринимательской деятельностью, неполученные доходы принимают форму неполученной прибыли. В отношении граждан неполученные доходы могут выразиться в утраченной заработной плате, неполученном авторском гонораре.
При взыскании упущенной выгоды следует исходить из того, что возможность получения прибыли существовала реально, а не в качестве субъективного представления. Именно поэтому закон требует при определении упущенной выгоды учитывать предпринятые кредитором для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления (п. 4 ст. 393 ГК).
Под неимущественным вредом понимают такие последствия правонарушения, которые не имеют экономического содержания и стоимостной формы. Термин «моральный вред» раскрывается в законе как физические и нравственные страдания (ч. 1 ст. 151 ГК). Но поскольку понятия «моральный» и «нравственный» являются синонимами, более приемлемо в законодательстве и на практике использовать термин «неимущественный вред», подразделяющийся на моральный и физический.
Моральный вред выражается в причиненных нравственных страданиях и может заключаться в испытанном страхе, тревоге, унижении, беспомощности, стыде, в переживании иного дискомфортного состояния в связи со смертью родственников, раскрытием врачебной, семейной тайны, временным ограничением или лишением прав, распространением о потерпевшем порочащих сведений, не соответствующих действительности, и др. Физический вред состоит в испытании физических страданий, боли.
Гражданско-правовая ответственность всегда наступает при причинении имущественного вреда. В соответствии с ч. 1 ст. 151 ГК, если причинен неимущественный вред, то ответственность наступает: а) при нарушении личных неимущественных прав граждан, б) при нарушении нематериальных благ граждан, в) в других случаях, предусмотренных законом. В частности, Законом РФ «О защите прав потребителей» установлена компенсация морального вреда изготовителем (исполнителем, продавцом) при нарушении любых, в том числе и имущественных прав потребителя (ч. 1 ст. 15). Так, покупательница Г. обратилась в суд к производственному объединению «ЗИЛ» о замене холодильника, взыскании неустойки за просрочку выполнения ее требования о замене товара ненадлежащего качества и о компенсации морального вреда. В судебном заседании было установлено, что истица неоднократно обращалась в мастерскую по поводу ремонта холодильника, в течение длительного времени не имела возможности им пользоваться, что привело к ряду неудобств в хранении продуктов питания. Признав обоснованными и другие притязания покупательницы, суд удовлетворил иск <*>.
———————————
<*> БВС РФ. 1995. N 10. С. 14 — 15.
4. Важным условием наступления гражданско-правовой ответственности является причинная связь между противоправным поведением и наступившими последствиями.
Для юридической практики важно определить, какая причинная связь может и должна приниматься во внимание, учитываться при решении конкретных дел. Поскольку существует всеобщая связь явлений, постольку «поиски» причинной связи можно вести бесконечно. Например, смерть пациента наступила от некачественного лекарства; но кто-то его прописал; кто-то давал, изготавливал, контролировал качество; кто-то изготавливал оборудование для его производства, подавал энергию для всех участвующих в его изготовлении и т.д. по нисходящим и боковым связям. Очевидно, проблема состоит в том, где и как «вырвать» из всеобщей связи исследуемые явления — причину и следствие.
В цивилистической науке уже давно предпринимались попытки решения этого вопроса.
Предлагалось различать абстрактную и конкретную возможность результата, создаваемую данным поведением. Соответственно указывалось, что причинная связь между поведением человека и наступившим результатом приобретает правовое значение лишь при условии, что это поведение вызвало действительность результата или создало конкретную возможность его наступления. Если обстоятельства, превращающие возможность в действительность, носят объективно повторяющийся характер и в связи с ними находится поведение человека, то это означает, что оно создало конкретную возможность результата. При объективной неповторяемости в данной конкретной ситуации тех же обстоятельств находящееся в связи с ними поведение создает лишь абстрактную возможность результата, исключающую ответственность <*>.
———————————
<*> См.: Иоффе О.С. Ответственность по советскому гражданскому праву. Л., 1955. С. 230, 233.
Распространена теория причинно-необходимых и причинно-случайных связей. Ее сторонники считают, что действие лица может быть причиной данного результата, если связь между ними — проявление необходимости (закономерности), а не носит характера случайного сцепления событий.
Другая теория построена на разграничении прямой и косвенной причинной связи. Юридически значимой признается только прямая причинная связь, которая характеризуется тем, что результат (следствие) возникает непосредственно, прямо из поведения причинителя, в сочетании с объективными закономерностями и в условиях, сложившихся до совершения действия. Косвенная причина может приобретать юридическое значение лишь в случае, когда должником (причинителем вреда) были созданы специфические особенности обстановки, выражающиеся в определенных отклонениях от нормальных условий, способствующих наступлению отрицательного результата.
Не вдаваясь в подробный анализ названных теорий <*>, можно отметить, что, как представляется, между ними нет принципиальных различий и что, способствуя развитию общей теории о причинности в праве, ни одна из этих теорий не дает «точной формулы» для установления судом юридически значимой причинной связи в конкретных делах.
———————————
<*> Обзор и обоснование этих и других теорий причинных связей см.: Новицкий И.Б., Лунц Л.А. Общее учение об обязательстве. С. 305 и след.
Иногда причинная связь столь очевидна, что ее установление не представляет трудности. К примеру, издательство без согласия автора и без выплаты ему вознаграждения перевело его произведение на другой язык, а затем опубликовало. Труднее определить наличие причинной связи в случаях, когда результат не следует непосредственно за противоправным действием или когда вред вызван действием не одного какого-либо лица, а целого ряда факторов и обстоятельств, которые усложняют ситуацию.
С учетом сложности выявления причинной связи по ряду дел назначается экспертиза (судебно-медицинская, судебно-техническая, судебно-товароведческая и др.). Как правило, экспертное заключение носит категорический характер. Однако в отдельных случаях эксперты могут констатировать только определенную вероятность наличия или отсутствия причинной связи. Полагаем, что вероятные экспертные заключения не имеют доказательственной силы. Суд должен в этих случаях, прежде всего, учитывать и оценивать другие доказательства, а при необходимости назначить повторную экспертизу.
5. Вина как условие наступления ответственности — психическое отношение лица в форме умысла или неосторожности к своему противоправному поведению и его результатам.
Умысел означает осознание правонарушителем совершенных виновных действий и желание или допущение наступления связанного с этими действиями результата. При неосторожной форме вины лицо не предвидит наступления вредных последствий, хотя могло и должно было их предвидеть, или же предвидит указанные последствия, но легкомысленно надеется их предотвратить.
В науке существует также характеристика вины не как психологической, а как некой объективной поведенческой категории, отражающей предшествующее нарушению поведение субъекта, непринятие правонарушителем всех возможных мер для надлежащего исполнения обязательства <*>. Вряд ли можно согласиться с такими высказываниями, так как по существу речь уже не о вине, а о противоправном поступке.
———————————
<*> См.: Пугинский Б.И. Правовые средства обеспечения эффективного производства. М., 1980. С. 30.
Содержание понятия вины применимо как к гражданам, так и к юридическим лицам. Вина юридического лица выражается в виновном поведении его работников, действовавших при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей. Вина хозяйственных товариществ и производственных кооперативов состоит в виновных действиях их участников (членов), причинивших вред при осуществлении предпринимательской, производственной или иной деятельности товарищества или кооператива. При этом безразлично, совершены ли указанные действия отдельным рядовым работником, участником (членом), должностным лицом или органом юридического лица.
По общему правилу, ответственность в гражданском праве наступает при наличии любой формы и степени вины. Но некоторые нормы допускают исключения и связывают наступление ответственности или ее размер с определенной формой и степенью вины. Например, по договору безвозмездного пользования имуществом передавший имущество (ссудодатель) отвечает за недостатки имущества, которые он умышленно или по грубой неосторожности не оговорил при заключении договора (п. 1 ст. 693 ГК).
Критерием разграничения простой и грубой неосторожности является степень предвидения вредных последствий в сочетании с различной степенью обязанности такого предвидения. Если лицо не соблюдает требований, которые к нему предъявляются как к конкретному индивидууму с учетом его опыта, знаний, профессиональной подготовки, то оно допускает простую неосторожность. При несоблюдении не только этих требований, но и минимальных элементарных, понятных каждому требований, неосторожность считается грубой.
В гражданском праве действует презумпция вины должника: лицо, нарушившее обязательство, считается виновным и несет ответственность, если не докажет отсутствие своей вины. Лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства.
6. В ряде правовых актов законодатель указывает на возложение ответственности при отсутствии вины. Это дает основание некоторым юристам говорить о неполном (усеченном) составе гражданского правонарушения. В частности:
предприниматель несет ответственность за случайное неисполнение и ненадлежащее исполнение обязательства, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы (п. 3 ст. 401 ГК);
профессиональный хранитель отвечает за случайную утрату, недостачу или повреждение вещей, если не докажет, что утрата, недостача, повреждение произошли вследствие непреодолимой силы, либо свойства вещи, о которых хранитель, принимая ее на хранение, не знал и не должен был знать, либо в результате умысла или грубой неосторожности поклажедателя (п. 1 ст. 901 ГК);
владелец источника повышенной опасности обязан возместить даже случайно причиненный вред, если не докажет, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего (ст. 1079 ГК);
организация, предоставляющая коммунальные услуги, отвечает за случайное нарушение качества услуг, если не докажет, что оно произошло вследствие непреодолимой силы (п. 6.6 Правил предоставления коммунальных услуг <*>).
———————————
<*> СЗ РФ. 1994. N 26. Ст. 2795; 1995. N 10. Ст. 894; 1997. N 42. Ст. 4788.
Наличие таких норм в действующем законодательстве служит поводом для утверждения, что российскому гражданскому праву известна ответственность без вины. В обоснование невиновной ответственности приводятся три основных аргумента: 1) ее якобы стимулирующий характер, 2) необходимость обеспечения имущественных интересов потерпевшего, 3) терминология закона, называющего обязанность по возмещению невиновно причиненного вреда ответственностью <*>.
———————————
<*> См.: Тархов В.А. Ответственность по советскому гражданскому праву. Саратов, 1973. С. 91 и след.
Существует и другой взгляд на проблему ответственности без вины. Следует признать, что в указанных выше ситуациях происходит коллизия интересов двух равноправных невиновных участников гражданского правоотношения (кредитора и должника), и социально несправедливо жертвовать интересами одного в пользу другого. Законодатель обязан изыскивать другие (помимо ответственности) формы распределения образовавшихся без чьей-либо вины убытков: страхование ответственности, образование специальных государственных и общественных фондов и пр. <*> Необходимо продифференцировать ответственность и все то, что имеет с ней лишь внешнее сходство и по сущности ответственностью не является <**>.
———————————
<*> См.: Малеин Н.С. Юридическая ответственность и справедливость. М., 1992. С. 81 и след.
<**> См.: Красавчиков О.А. Ответственность, меры защиты и санкции в советском гражданском праве // Проблемы гражданско-правовой ответственности и защиты гражданских прав: Ученые труды Свердловского юридического института. Вып. 27. Свердловск, 1973. С. 7.
В юридической литературе предлагается считать возможным наступление гражданско-правовой ответственности при неполном (усеченном) составе правонарушения в отсутствие убытков <*>. В качестве примера приводится взыскание неустойки за неисполнение какого-либо договорного обязательства, не повлекшего убытков у кредитора. В этом случае для наступления ответственности достаточно наличия двух условий — противоправности поведения должника и его вины в предусмотренных законом случаях.
———————————
<*> См.: Матвеев Г.К. Основания гражданско-правовой ответственности. М., 1970. С. 6.
Более обоснованна точка зрения, согласно которой вред — непременный признак каждого правонарушения. Но вред может иметь материальный или неимущественный характер, быть измеримым или неизмеримым, восстановимым или нет <*>.
———————————
<*> См.: Малеин Н.С. Правонарушение: понятие, причины, ответственность. М., 1985. С. 9.
Гражданские правонарушения, не повлекшие имущественного ущерба, вызывают неимущественный вред. В договорных обязательствах неимущественный вред потерпевшей стороны может выражаться в переживаниях в связи с нарушением субъективного права на надлежащее исполнение договора (по срокам, способу, месту исполнения и пр.). Таким образом, безвредных составов гражданского правонарушения нет.

Источник: В.П. Мозолин, А.И. Масляев. ГРАЖДАНСКОЕ ПРАВО. ЧАСТЬ ПЕРВАЯ. 2005

Еще по теме § 2. Условия ответственности:

  1. 3. Условия деликтной ответственности
  2. Условия ответственности
  3. § 2. Условия гражданско-правовой ответственности
  4. § 3. Основание и условия деликтной ответственности
  5. Основание и условия гражданско-правовой ответственности
  6. 6. Ответственность за нарушение условий аккредитива
  7. Вопрос_44. Условия гражданско-правовой ответственности
  8. Ответственность за нарушение условий аккредитива
  9. 3. Основания и условия договорной ответственности
  10. Контрагент подписал договор с протоколом разногласий по несущественным условиям (например, ответственность за неисполнение и ненадлежащее исполнение договора). Считается ли договор заключенным по существенным условиям договора, если другая сторона отказалась от подписания протокола разногласий?
  11. 61. Ответственность за нарушение условий договора коммерческой концессии
  12. 2. Противоправность как условие гражданско-правовой ответственности
  13. 56. Ответственность за нарушение условий авторских договоров
  14. Статья 19. Общие условия уголовной ответственности Комментарий к статье 19

— Гражданское право — Международное частное право — Предпринимательское право — Семейное право —

— Административное, финансовое, информационное право — Гражданское, предпринимательское, семейное, международное частное право — Конституционное, муниципальное право — Природоресурсное, аграрное, экологическое право — Таможенное, налоговое, медицинское право — Теория и история права и государства — Трудовое право — Уголовное, уголовно-процессуальное право —

Привлечение к гражданско-правовой ответственности возможно лишь при наличии определенных, предусмотренных законом условий. Согласно п.1 ст.

Гражданско-правовая ответственность, основания, формы.

§ 3. Основание и условия гражданско-правовой ответственности

Основание гражданско-правовой ответственности. Совокупность условий, необходимых для привлечения к гражданско-правовой ответственности, образует состав гражданского правонарушения. Необходимыми условиями для всех видов гражданско-правовой ответственности являются, по общему правилу, противоправное поведение и вина должника. Для привлечения к ответственности в виде возмещения убытков необходимо наличие самих убытков, а также причинной связи между противоправным поведением должника и наступившими убытками. Таким образом, состав гражданского правонарушения, служащего основанием для возмещения убытков, является наиболее полным и охватывает элементы составов иных гражданских правонарушений, лежащих в основе других видов гражданско-правовой ответственности. В силу этого более подробному рассмотрению подлежит состав гражданского правонарушения, необходимый для возмещения убытков: противоправное поведение должника, причинная связь между противоправным поведением и возникшими убытками, вина должника. Что касается убытков, то их понятие было раскрыто в § 2 настоящей главы.

Противоправное поведение. Указанное условие относится к числу объективных предпосылок гражданско-правовой ответственности. Противоправным признается такое поведение, которое нарушает норму права независимо от того, знал или не знал правонарушитель о неправомерности своего поведения. Иными словами, в понятии противоправности находит отражение только факт объективного несоответствия поведения участника гражданского оборота требованиям законодательства.

Нормами гражданского законодательства установлены различные требования, предъявляемые к поведению участников гражданского оборота. Так, в соответствии со ст. 1064 ГК противоправным признается поведение лица, причиняющее вред личности или имуществу гражданина либо имуществу юридического лица. Противоправным является также такое поведение должника, которое не отвечает требованиям, предъявляемым к надлежащему исполнению обязательств. В соответствии с гражданским законодательством требования, предъявляемые к исполнению обязательств, содержатся не только в законе, иных правовых актах, обычаях делового оборота или иных обычно предъявляемых требованиях, но и в самих основаниях возникновения обязательств. Поэтому критериями противоправности поведения должника должны служить и некоторые основания установления обязательств. В случае возникновения обязательства из административного акта критерием противоправности служит несоответствие поведения должника содержанию этого административного акта. Если обязательство возникает из договора, то противоправным признается поведение должника, нарушающее условия договора. Если же в основе обязательства лежит односторонняя сделка, то противоправным будет поведение должника, не соответствующее условиям односторонней сделки. Наконец, в обязательствах, возникающих из сложного юридического состава, поведение должно соответствовать всем элементам этого сложного юридического состава. В противном случае поведение должника приобретает противоправный характер.

Противоправное поведение может выражаться в виде противоправного действия или в виде противоправного бездействия. Действие должника приобретает противоправный характер, если оно либо прямо запрещено законом или иным правовым актом, либо противоречит закону или иному правовому акту, договору, односторонней сделке или иному основанию обязательства. Так, в ст. 310 ГК содержится прямой запрет на односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий, за исключением случаев, предусмотренных законом.

В ст. 1102 ГК не содержится прямого запрета на неосновательное сбережение имущества одного лица за счет имущества другого лица. Однако из смысла этой статьи видно, что такое неосновательное сбережение является противоправным. Противоправными являются и действия продавца, передавшего покупателю товары, не соответствующие по качеству условиям заключенного договора. Для решения вопроса о противоправности действий участника гражданского оборота в соответствующих случаях привлекаются обычаи делового оборота или иные обычно предъявляемые требования. Так, если при заключении договора пожизненного содержания с иждивением стороны не оговорили, какие размеры и виды питания, ухода и необходимой помощи покупатель обязуется предоставлять продавцу до конца его жизни, то в случае спора суд будет рассматривать поведение покупателя с точки зрения не только добросовестности и разумности, но и обычно предъявляемых в данной местности требований к этим видам услуг. Это означает, что критерием неправомерности действий покупателя в данном обязательстве будут служить и обычаи делового оборота или иные обычно предъявляемые требования, на которые ориентирует ст. 309 ГК. Неправомерность поведения нанимателя жилого помещения и членов его семьи, служащего основанием для выселения без предоставления другого жилого помещения, ввиду невозможности для других совместного проживания с ними, может быть определена в силу ст. 98 ЖК только с привлечением моральных принципов нашего общества.

Бездействие лишь в том случае становится противоправным, если на лицо возложена юридическая обязанность действовать в соответствующей ситуации. Обязанность действовать может вытекать из условий заключенного договора. Так, противоправным является бездействие поставщика, не осуществившего поставку товара в сроки, определенные договором поставки. Обязанность действовать может вытекать из служебного положения лица. Так, работник спасательной станции должен принять все необходимые и возможные меры по спасению утопающего. Неисполнение этой обязанности делает его поведение противоправным. Бездействие же отдыхающих на пляже граждан не носит противоправного характера, так как на них лежит лишь моральная обязанность по спасению утопающего. Обязанность совершить определенное действие может вытекать из закона. Так, в соответствии со ст. 227 ГК нашедший потерянную вещь обязан возвратить ее лицу, потерявшему ее, или собственнику вещи.

Причинная связь. В соответствии с п. 1 ст. 393 ГК возмещению подлежат лишь убытки, причиненные противоправным поведением должника. Это означает, что между противоправным поведением должника и возникшими у кредитора убытками должна существовать причинная связь. В большинстве случаев нарушения обязательств решение вопроса о наличии или отсутствии причинной связи не вызывает трудностей. Так, ясно, что между просрочкой поставщика сырья и простоем оборудования и работников покупателя существует причинная связь, а между той же просрочкой поставщика и расходами покупателя по разгрузке поставленного с опозданием товара нет причинной связи, поскольку эти расходы покупатель понес бы и в случае своевременной поставки.

В отдельных же ситуациях решение вопроса о причинной связи может вызывать значительные трудности. Например, по договору поставки вместо стали марок «Прима» и «А» поставщик отправил покупателю сталь марок «А» и «Б», а последний пустил эти два вида стали в переплавку без проверки, в результате чего сплав оказался недоброкачественным. Гражданин Г. нанес гражданину Д. удар ножом в живот, который сам по себе не мог привести к смерти при надлежащим образом проведенной операции. Однако операция была проведена без предварительной очистки желудка, после чего последовала смерть гражданина Д. Шофер передал управление машиной тринадцатилетнему подростку, который, не обладая необходимыми навыками вождения, совершил наезд на пешехода. Злоупотребляя служебным положением, председатель колхоза отправил школьников на грузовом автомобиле на уборку своего приусадебного участка. Водитель грузовика нарушил правила движения, грузовик заехал в кювет и несколько школьников получили увечья. По указанию врача медсестра закапала в глаза новорожденного лекарство, в результате чего младенец полностью потерял зрение. Как выяснилось, вместо лекарства, указанного врачом, медсестра по ошибке закапала другое лекарство. В приведенных примерах ответ на вопрос о том, чьи действия послужили причиной противоправного результата, не является столь очевидным.

В подобных ситуациях необходимо руководствоваться разработанными цивилистической наукой теориями причинной связи. Наиболее приемлемой как с теоретической, так и с практической точек зрения представляется теория прямой и косвенной причинной связи. Эта теория опирается на два основных положения, вытекающих из общефилософского учения о причинности. Во-первых, причинность представляет собой объективную связь между явлениями и существует независимо от нашего сознания. В силу этого неправильно при решении вопроса о причинной связи руководствоваться возможностью или степенью предвидения правонарушителем вредоносного результата. Возможность предвидения наступления убытков носит субъективный характер и имеет значение при решении вопроса лишь о вине правонарушителя, но не причинной связи. Во-вторых, причина и следствие, как таковые, имеют значение лишь применительно к данному отдельно взятому случаю. Выходя за рамки конкретного случая, мы связываем его со всей цепью взаимодействия материального мира, в которой представления о причине и следствии сходятся и переплетаются, постоянно меняются местами. Так, в приведенном примере с медсестрой ее поведение является следствием указания врача и в то же самое время – причиной потери зрения ребенком. Если же еще больше расширить рамки рассматриваемого дела, то можно установить, что причиной поведения врача является распоряжение заведующего отделением, направившего его на лечение новорожденного и т. д. Поэтому для решения вопроса об ответственности неправильно рассматривать самые отдаленные от исследуемого случая события. Необходимо ограничиться выявлением непосредственной причины, т. е. ближайшего по отношению к убыткам явления.

Противоправное поведение лица только тогда является причиной убытков, когда оно прямо (непосредственно) связано с этими убытками. Наличие же косвенной (опосредованной) связи между противоправным поведением лица и убытками означает, что данное поведение лежит за пределами конкретного случая, а стало быть и за пределами юридически значимой причинной связи. Вместе с тем необходимо иметь в виду, что все действия влекут за собой следствия через посредство каких-либо иных факторов. Однако одни из упомянутых факторов не имеют значения для юридической ответственности и поэтому не делают связь противоправного поведения лица с убытками косвенной (опосредованной). Другие же – влияют на юридическую ответственность и поэтому опосредуют связь между противоправным поведением лица и наступившим результатом (убытками). За вред, причиненный малолетними, отвечают их родители именно потому, что действиям малолетних закон не придает юридического значения ввиду их недееспособности, в силу чего между неправомерным поведением родителей (ненадлежащий надзор или воспитание) и наступившим вредом имеется прямая причинная связь, достаточная для возложения юридической ответственности. Наоборот, между поведением члена рыболовецкого колхоза, продавшего колхозную рыболовную сеть браконьерам, которую последние использовали для незаконной рыбной ловли, и ущербом, причиненным рыбным ресурсам, существует лишь косвенная причинная связь, поскольку она опосредована противоправными действиями браконьеров.

Таким образом, прямая (непосредственная) причинная связь имеет место тогда, когда в цепи последовательно развивающихся событий между противоправным поведением лица и убытками не существует каких-либо обстоятельств, имеющих значение для гражданско-правовой ответственности. В тех же случаях, когда между противоправным поведением лица и убытками присутствуют обстоятельства, которым гражданский закон придает значение в решении вопроса об ответственности (противоправное поведение других лиц, действие непреодолимой силы и т. п.), налицо косвенная (опосредованная) причинная связь. Это означает, что противоправное поведение лица лежит за пределами рассматриваемого с точки зрения юридической ответственности случая, а следовательно, и за пределами юридически значимой причинной связи. Так, в приведенных примерах причиной получения недоброкачественного сплава являются действия самого покупателя, который без проверки пустил в переплавку поставленные ему виды стали. Между же противоправным поведением поставщика и испорченным сплавом имеется лишь косвенная причинная связь, недостаточная для гражданско-правовой ответственности за испорченный сплав. Напротив, поведение тринадцатилетнего подростка не имеет значения для гражданско-правовой ответственности ввиду его недееспособности. Поэтому в данном примере между противоправным поведением шофера и наездом на пешехода существует прямая (непосредственная) причинная связь.

В повседневной жизни нередко встречаются ситуации, когда убытки возникают в результате действий (бездействия) нескольких лиц. В таких случаях все противоправные действия, прямо (непосредственно) связанные с наступившим результатом, необходимо рассматривать как причины, если индивидуальные особенности этих противоправных действий нашли отражение в противоправном результате. Так, в приведенном примере с ненадлежащим образом проведенной операцией гражданину Д., получившему удар ножом в живот, причиной его смерти являются не только действия преступника, нанесшего удар ножом, но и упущения медицинского персонала больницы, не осуществившего очистку желудка перед операцией. Удар ножом в живот вызвал в организме гражданина Д. те процессы, которые в дальнейшем привели к его смерти. Упущения со стороны медицинского персонала больницы обусловили наступление смерти гражданина Д., а не какой-то иной результат от воздействия ножа преступника.

Необходимость разграничения прямых и косвенных причинных связей не только вытекает из теоретического положения о том, что понятие причины и следствия имеют смысл и значение лишь в рамках отдельно взятого случая, но и диктуется соображениями практического свойства. Данная теория легко применима на практике. Не случайно именно она нашла отражение в судебной практике.

Вместе с тем в литературе широкое распространение получили другие теории причинной связи. Несмотря на то, что представители указанных теорий исходят из необходимости четкого размежевания причинности и вины как объективного и субъективного условий гражданско-правовой ответственности, последнее не всегда удается, и в этих теориях незримо продолжает существовать связь вины с критериями, посредством которых определяется наличие или отсутствие юридически значимой причинной связи.

В соответствии с теорией необходимого условия причиной противоправного результата может служить любое обстоятельство, при отсутствии которого результат не наступил бы. Это ведет к ответственности за самые отдаленные от исследуемого случая события, так как цепь причинно-следственных связей, руководствуясь данной теорией, можно продолжать до бесконечности. В силу этого представители указанной теории пытаются ограничить цепь причинно-следственных связей с помощью субъективных критериев. Так, Т. В. Церетели пишет: «Судья, исследующий вопрос о причинной связи в аспекте уголовной ответственности, прерывает свое исследование там, где противоправное и виновное поведение уже не может предполагаться…» Нетрудно заметить, что решение вопроса о юридически значимой причинной связи в рассматриваемой теории ставится в зависимость от вины и противо-правности. И если в уголовном праве, где нет ответственности без вины, указанная теория и приобретает определенную ценность, то в гражданском праве, допускающем ответственность независимо от вины, данная теория утрачивает свое практическое и во многом теоретическое значение.

В других теориях связь причинности и виновности носит скрытый характер. Так, в соответствии с теорией возможности и действительности одни факты создают лишь возможность наступления противоправного результата, а другие – превращают эту возможность в действительность. Те факты, которые превращают возможность в действительность, всегда находятся в причинной связи с противоправным результатом. Те же факты, которые создают лишь возможность наступления противоправного результата, могут как находиться, так и не находиться в юридически значимой причинной связи с указанным результатом. Если поведением лица создается конкретная возможность, то налицо причинная связь, достаточная для возложения ответственности. Когда же поведением лица создается лишь абстрактная возможность наступления противоправного результата, ответственность исключается ввиду отсутствия юридически значимой причинной связи. Под конкретной понимается такая возможность, которая превращается в действительность объективно повторяющимися в данной обстановке обстоятельствами. Абстрактная же возможность превращается в действительность объективно не повторяющимися в данной ситуации обстоятельствами. Между тем, если возможность превращается в действительность объективно повторяющимися в данных условиях обстоятельствами, то тот, кто создал такую возможность, мог и должен был предвидеть наступление противоправного результата. И наоборот, если возможность превращается в действительность объективно не повторяющимися при данных условиях обстоятельствами, то лицо, создавшее такую возможность, не предвидело и не могло предвидеть наступления противоправного результата именно потому, что наступление последнего связано с объективно не повторяющимися обстоятельствами, предвидеть которые невозможно. Поэтому в данной теории критерий, посредством которого выявляется юридически значимая причинная связь, фактически зависит от такого субъективного условия ответственности, как вина.

Такой же недостаток незримо присутствует и в теории необходимой и случайной причинной связи. Авторы этой теории полагают, что для наступления ответственности требуется необходимая причинная связь между противоправным поведением и наступившим результатом. Случайная же причинная связь не дает оснований для привлечения к ответственности за наступивший результат. Нетрудно заметить, что и в данной теории границы юридически значимой причинной связи проводятся там, где уже исключается виновное причинение противоправного результата. Если между поведением лица и наступившим результатом существует необходимая связь, то этот результат можно и нужно предвидеть. Если же связь между поведением лица и неправомерным результатом носит случайный характер, то предвидеть наступление этого результата невозможно. Именно этими недосягаемыми для предвидения противоправного результата границами и очерчивается юридически значимая причинная связь в рассматриваемой теории. К тому же отграничить случайную связь от необходимой не менее сложно, чем выявить причину и следствие, о чем свидетельствуют многочисленные попытки авторов рассматриваемой теории отграничить случайную причинную связь от необходимой.

Вина. Меры гражданско-правовой ответственности не только направлены на удовлетворение имущественного интереса потерпевшего, но и призваны предотвращать гражданские правонарушения. Гражданско-правовая ответственность выполняет определенную превентивную функцию, способствует тому, что участники гражданского оборота под угрозой привлечения их к ответственности стремятся построить свою деятельность так, чтобы не нарушать действующее законодательство, права и охраняемые законом интересы других лиц. Однако постоянная угроза привлечения к ответственности может значительно снизить инициативу рядовых участников гражданского оборота, не искушенных в его тонкостях. Во избежание этого необходимо создать такие условия, при которых у лиц, участвующих в гражданском обороте, возникала твердая уверенность в том, что они не будут привлечены к ответственности за непредвиденные последствия их деятельности. Такая уверенность появляется в том случае, если меры гражданско-правовой ответственности применяются при виновном правонарушении. В соответствии с этим п. 1 ст. 401 ГК устанавливает, что лицо, не исполнившее обязательство либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрено иное. Таким образом, по общему правилу, ответственность в гражданском праве строится на началах вины.

В отличие от противоправного поведения и причинной связи, вина является субъективным условием гражданско-правовой ответственности. Она представляет собой такое психическое отношение лица к своему противоправному поведению, в котором проявляется пренебрежение к интересам общества или отдельных лиц. Такое понятие вины в равной мере применимо как к гражданам, так и к юридическим лицам. Вина последних иначе и не может проявиться, как только через виновное поведение работников соответствующей организации при исполнении ими своих трудовых (служебных) обязанностей, поскольку действия работников должника по исполнению его обязательства считаются действиями должника (ст. 402 ГК). Например, вина коммерческой организации, допустившей просрочку в поставке продукции из-за нехватки рабочей силы или оборудования, выражается в виновном поведении руководителя коммерческой организации, который не принял своевременно мер по устранению этих недостатков в деятельности коммерческой организации. Вина юридического лица может проявиться и в виновных действиях его работника, например, в вине рабочего, допустившего брак при изготовлении продукции.

Вместе с тем в литературе высказываются и иные суждения по данному вопросу. В частности, отмечается, что вина юридического лица не может сводиться к вине отдельных работников, а представляет собой вину коллектива как единого целого. Действительно, свойства целого не могут быть сведены к простой совокупности свойств составляющих его частей. Поэтому вина юридического лица как коллективного субъекта гражданского права приобретает такие свойства, которыми не обладает вина отдельных работников. Однако эти свойства, чрезвычайно важные с точки зрения психологии, не представляют никакого интереса для юридической науки, поскольку они никак не влияют на гражданско-правовую ответственность юридических лиц. Для юридической науки важное значение имеет то обстоятельство, что внешне вина юридического лица не может проявиться иначе, как через виновное поведение его работников.

В соответствии со ст. 401 ГК вина может выступать в форме умысла и неосторожности. В свою очередь, неосторожность может проявиться в виде простой или грубой неосторожности. Как субъективное условие гражданско-правовой ответственности, вина связана с психическими процессами, происходящими в сознании человека. Однако на современном уровне развития общества мы не можем при решении вопроса об ответственности непосредственно исследовать психические процессы, происходившие в сознании человека в момент правонарушения. Судить об этих внутренних процессах можно только по поведению человека, в котором они находят свое внешнее выражение.

Вина в форме умысла имеет место тогда, когда из поведения лица видно, что оно сознательно направлено на правонарушение. В гражданском праве, имеющем дело с нормальными явлениями в сфере гражданского оборота, вина в форме умысла встречается не так часто, как, например, в уголовном праве, рассчитанном на аномальные явления. Вместе с тем в отдельных случаях и субъекты гражданского права умышленно нарушают права и охраняемые законом интересы других лиц. Так, практике известны случаи, когда поставщик, в ответ на примененные к нему покупателем штрафные санкции за задержку в поставке продукции, вообще прекращает отгружать продукцию в адрес этого покупателя. Чтобы ограничить сферу умышленного нарушения обязательств, п. 4 ст. 401 ГК устанавливает, что заключенное заранее соглашение об устранении или ограничении ответственности за умышленное нарушение обязательства ничтожно.

Значительно чаще гражданские правонарушения сопровождаются виной в форме неосторожности. В этих случаях в поведении человека отсутствуют элементы намеренности. Оно не направлено сознательно на правонарушение, но в то же время в поведении человека отсутствует должная внимательность и осмотрительность. Отсутствие должной внимательности и осмотрительности характерно как для грубой, так и для простой неосторожности. Вместе с тем между этими двумя формами вины существуют и определенные различия. Эти различия не нашли отражения ни в законодательстве, ни в руководящих разъяснениях высших судебных органов. Так, в п. 23 постановления № 3 Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 апреля 1994 г. «О судебной практике по делам о возмещении вреда, причиненного повреждением здоровья», отмечается, что вопрос о том, является ли неосторожность потерпевшего грубой небрежностью или простой неосмотрительностью, должен быть разрешен в каждом случае с учетом конкретных обстоятельств.

Такого разъяснения явно недостаточно для того, чтобы в каждом конкретном случае можно было четко отграничить грубую неосторожность от простой. Для этого необходимы более конкретные ориентиры, которыми можно было бы руководствоваться в соответствующей ситуации. Такие ориентиры выработаны в цивилистической науке. Наиболее приемлемыми представляются следующие. При грубой неосторожности в поведении лица отсутствует всякая внимательность и осмотрительность. Простая же неосторожность характеризуется тем, что лицо проявляет некоторую осмотрительность и внимательность, однако недостаточные для того, чтобы избежать правонарушения. Так, если пешеход, переходя проезжую часть на желтый свет, допускает простую неосторожность, проявляя известную осмотрительность и внимательность при переходе улицы, то спящий на трамвайных путях гражданин допускает грубую неосторожность, пренебрегая самыми элементарными требованиями внимательности и осмотрительности.

В гражданском законодательстве, по общему правилу, вина является лишь условием, но не мерой ответственности. Если имеет место вина, то независимо от ее формы правонарушитель обязан возместить причиненные убытки в полном объеме (п. 1 ст. 15 ГК). Однако в некоторых случаях, прямо предусмотренных законом или договором, форма вины может повлиять на размер гражданско-правовой ответственности. Поскольку эти случаи являются исключением из общего правила, нет необходимости прибегать к четырехчленному делению вины, как это имеет место в уголовном праве, где размер ответственности прямо зависит от степени вины правонарушителя. Для тех немногочисленных случаев, когда форма вины влияет на размер ответственности, вполне достаточно изложенного выше трехчленного деления вины.

Один из таких случаев составляет так называемая смешанная вина (п. 1 ст. 404 ГК). Смешанная вина характеризуется следующими моментами:

а) убытки наступают в результате виновного поведения не только должника, но и кредитора;

б) убытки сосредоточиваются в имущественной сфере только одной стороны обязательства – кредитора;

в) убытки представляют собой единое целое, когда невозможно определить, в какой части они вызваны виновными действиями должника, а в какой – виновными действиями кредитора.

Так, если перевозчик допустил просрочку в доставке скоропортящегося груза, а грузополучатель – в получении этого груза, то убытки грузополучателя, связанные с порчей груза, вызваны поведением как перевозчика, так и самого грузополучателя. При этом невозможно определить, в какой части эти убытки причинены виновным поведением перевозчика и в какой части – виновным поведением грузополучателя. В таких случаях суд соответственно уменьшает размер ответственности должника. Суд вправе также уменьшить размер ответственности должника, если кредитор умышленно или по неосторожности содействовал увеличению размера убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением, либо не принял разумных мер к их уменьшению. Эти же правила применяются в случаях, когда должник в силу закона или договора несет ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства независимо от своей вины.

Поскольку при смешанной вине невозможно определить, какая часть убытков вызвана поведением должника, а какая – поведением самого кредитора, единственным критерием, которым можно руководствоваться в таких случаях при распределении между ними убытков, может служить степень (форма) вины должника и кредитора. При этом чем выше степень вины стороны в обязательстве, тем большая часть убытков относится на ее счет. Так, если убытки, понесенные кредитором, составляют 1 000 руб. и обе стороны допустили простую неосторожность, то кредитору возмещается лишь 500 руб., так как оставшаяся часть убытков падает на самого кредитора и поэтому возмещению за счет должника не подлежит. Если же должник допустил грубую неосторожность при простой неосторожности кредитора, то возмещению за счет должника подлежит большая часть убытков. Ее величина зависит от конкретных обязательств дела. Например, она может составить 700 руб.

Смешанную вину необходимо отличать от совместного причинения вреда. Совместное причинение вреда характеризуется следующими признаками:

а) убытки наступают в имущественной сфере только одной стороны обязательства – кредитора;

б) убытки вызваны противоправными действиями двух или более лиц;

в) убытки представляют собой единое целое, и невозможно установить, какая часть этих убытков причинена каждым из этих двух или более лиц;

г) совместные причинители несут солидарную ответственность перед кредитором.

Так, акционерному обществу в установленный договорами срок не были поставлены комплектующие изделия двумя поставщиками, в результате чего акционерное общество понесло убытки из-за простоя оборудования в размере 50 000 руб. В данном примере убытки понесло акционерное общество, которое не допустило каких-либо правонарушений. Поэтому оно может получить возмещение убытков от любого из поставщиков в полном объеме. Возмещенные одним из поставщиков убытки в дальнейшем могут быть распределены между совместными причинителями (поставщиками) пропорционально степени (форме) вины каждого из них.

В соответствии с п. 2 ст. 401 ГК отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство. Это означает, что в гражданском праве, в отличие от уголовного, действует презумпция виновности правонарушителя. Последний считается виновным до тех пор, пока он не докажет свою невиновность. Лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства (п. 1 ст. 401 ГК). Обусловлено это тем, что гражданское право имеет дело не с аномальными явлениями, а с нормальным развитием гражданского оборота. Если один из участников гражданского оборота своим противоправным поведением нарушает нормальное течение гражданского оборота и причиняет убытки другому его участнику, то о том, что такие убытки возникли и что они вызваны противоправным поведением правонарушителя, знает, в первую очередь, потерпевший. Поэтому на него и возлагается бремя доказывания факта совершенного против него правонарушения, наличия у него убытков и причинной связи между противоправным поведением нарушителя и образовавшимися убытками.

Однако потерпевший не знает о том, какую степень заботливости и осмотрительности проявил правонарушитель, какие меры он принял для надлежащего исполнения обязательства и какие психические процессы при этом происходили в ею сознании. В то же время правонарушителю, в отличие от потерпевшего, все эти данные хорошо известны. Располагая этими данными, ему легче доказать свою невиновность, чем потерпевшему, не располагающему этими данными, доказывать его виновность. Поэтому правонарушитель в гражданском праве считается виновным до тех пор, пока не будет доказана его невиновность. Вместе с тем закрепленная в гражданском законе презумпция виновности правонарушителя не исключает для потерпевшего возможности представлять суду доказательства виновности правонарушителя.

Наряду с рядовыми субъектами гражданского оборота, в нем участвуют и предприниматели, которые, в принципе, должны быть профессионалами в сфере товарно-денежных отношений и осуществлять предпринимательскую деятельность на свой риск. В соответствии с этим гражданско-правовая ответственность при осуществлении предпринимательской деятельности строится на началах риска. Пункт 3 ст. 401 ГК устанавливает, что если иное не предусмотрено законом или договором, лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств. К таким обстоятельствам не относятся, в частности, нарушение обязанностей со стороны контрагентов должника, отсутствие на рынке нужных для исполнения товаров, отсутствие у должника необходимых денежных средств и т. п.

Таким образом, предприниматель при неисполнении или ненадлежащем исполнении обязательства при осуществлении предпринимательской деятельности несет повышенную ответственность. Он отвечает даже за случайное (невиновное) неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства при осуществлении предпринимательской деятельности. Так, поставщик несет ответственность за просрочку в поставке товара и тогда, когда просрочка вызвана неподачей перевозчиком транспортных средств для перевозки товара покупателю. Однако в тех случаях, когда предприниматель участвует в обязательствах, не связанных с его предпринимательской деятельностью, его ответственность строится на началах вины, а не на началах риска. Так, по договору предпринимателя с медицинским учреждением на медицинское обслуживание работников предпринимателя, последний несет ответственность только при наличии его вины. Вместе с тем ответственность предпринимателя даже в обязательстве по осуществлению предпринимательской деятельности не является беспредельной. Предприниматель и в этих случаях освобождается от ответственности, если докажет, что надлежащее исполнение обязательства оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы. Так, в приведенном выше примере поставщик освобождается от ответственности за просрочку в исполнении обязательства, если докажет, что он не мог своевременно поставить товар из-за наводнения, затопившего его производственные площади.

Следует иметь в виду, что изложенное выше правило носит диспо-зигивный характер. Иное решение данного вопроса может быть предусмотрено законом или договором. Так, в соответствии с п. 2 ст. 1064 ГК, устанавливающим общие основания ответственности за причинение вреда, причинивший вред освобождается от его возмещения, если докажет, что вред причинен не по его вине, даже в том случае, когда причинителем вреда является предприниматель. Стороны при заключении договора поставки могут прийти к соглашению о том, что ответственность поставщика наступает только при виновном нарушении им обязательства поставки.

На началах риска строится ответственность владельца источника повышенной опасности (ст. 1079 ГК), ответственность профессионального хранителя (ст. 901 ГК) и в некоторых других случаях. В соответствии со ст. 1079 ГК юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (транспортные организации, промышленные предприятия, стройки, владельцы автотранспортных средств и т. п.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Под источником повышенной опасности понимаются материальные объекты, обладающие вредоносными свойствами, проявление которых в процессе использования указанных объектов полностью человеком не контролируется. Так, автомобиль невозможно мгновенно остановить, что создает повышенную опасность для окружающих. Возложение повышенной (независимо от вины) ответственности на владельцев источников повышенной опасности обусловлено тем, что такая ответственность стимулирует их к тому, чтобы постоянно совершенствовать эксплуатируемые ими источники повышенной опасности, снижая уровень неконтролируемого человеком проявления вредоносных свойств.

Статья 901 ГК устанавливает, что организация, для которой хранение является одной из целей деятельности, освобождается от ответственности за утрату, недостачу или повреждение имущества только тогда, когда это вызвано непреодолимой силой, или произошло из-за свойств имущества, о которых хранитель не знал и не должен был знать, или в результате умысла или грубой неосторожности поклажедателя. Такая не зависимая от вины ответственность профессионального хранителя также стимулирует его к постоянному совершенствованию средств и способов хранения, что ведет к снижению случаев утраты, повреждения или недостачи сданного на хранение имущества.

Однако предусмотренные гражданским законодательством случаи ответственности независимо от вины не делают ее безграничной. В некоторых случаях ответственность не наступает, если имеет место умысел потерпевшего или действие непреодолимой силы. Так, владелец источника повышенной опасности освобождается от ответственности, если докажет, что вред возник вследствие умысла потерпевшего или непреодолимой силы. Из этого следует вывод, что владелец источника повышенной опастности отвечает не только за вину, но и за случай. Напомним, что на тех же основониях строится ответственность за нарушение обязательств, связанных с осуществлением предпринимательской деятельности. И здесь границей ответственности служит непреодолимая сила. В связи с этим необходимо различать случай и непреодолимую силу.

Случай – это то, что заранее никто предвидеть не может. Если имел место случай, то не может быть и вины. Поскольку случай заранее предвидеть невозможно, он характеризуется субъективной непредотвратимостью. Вместе с тем, если бы лицо знало о предстоящем случае, оно бы могло его предотвратить. Так, если бы торгующая организация знала о том, что спрос населения на закупленные ею товары изменится, она бы заказала другие товары и не понесла бы убытки, связанные с уменьшением своего торгового оборота.

Если случай характеризуется субъективной непредотвратимостью, то для непреодолимой силы характерна объективная непредотвратимость. Ее не только невозможно предвидеть, но и невозможно предотвратить любыми доступными для лица средствами даже тогда, когда лицо могло предвидеть действие непреодолимой силы. Поэтому непреодолимая сила иногда именуется как квалифицированный случай. Так, пароходство не смогло бы исполнить обязательство по перевозке груза в установленный день, даже если бы знало, что в этот день на море будет шторм, исключающий выход судна в море.

К обстоятельствам непреодолимой силы относятся как природные явления (землетрясения, наводнения, ураганы, штормы, снежные заносы и т. д.), так и общественные явления (военные действия, забастовки, распоряжения компетентных органов власти, запрещающие совершить действия, предусмотренные обязательством, и т. п.). Однако для того, чтобы обстоятельство, препятствующее исполнению обязательства, рассматривалось в качестве непреодолимой силы, оно должно обладать признаками чрезвычайности и непредотвратимости. Отсутствие любого из них ведет к тому, что соответствующее обстоятельство не признается непреодолимой силой. Так, смена времен года носит непредотвратимый характер, однако это обычное явление, в котором нет ничего чрезвычайного. Поэтому данное обстоятельство не может рассматриваться в качестве непреодолимой силы. Нельзя рассматривать в качестве непреодолимой силы и смерть человека, так как в этом неизбежном событии нет ничего чрезвычайного. Закрытие в 1956 г. Суэцкого канала было чрезвычайным явлением для компаний, осуществляющих морские перевозки из Европы в Индию. Однако это событие не являлось для них непреодолимым обстоятельством, поскольку существовала возможность доставки груза через мыс Доброй Надежды.

Понятие непреодолимой силы носит относительный характер, поскольку п. Зет. 401 ГК причисляет к обстоятельствам непреодолимой силы лишь те, которые являются чрезвычайными и непредотвратимыми при данных условиях. Это означает, что при различных условиях, в которых лицо исполняет обязательство, одно и то же обстоятельство может выступать в одних случаях как непреодолимая сила, а в других – как обычное явление, препятствующее исполнению обязательства. Так, если судно в момент штормового предупреждения находилось далеко в море и не успело укрыться в ближайшем порту, то для него данный шторм является непреодолимой силой. Если же владелец судна, находящегося в момент штормового предупреждения недалеко от порта, не принял своевременных мер по его укрытию в порту, то для него шторм не может рассматриваться как непреодолимая сила. Лесной пожар будет непреодолимой силой для лица, не располагающего необходимыми средствами для его тушения, и не будет рассматриваться в качестве обстоятельства непреодолимой силы для лица, который такими средствами располагает.

Представления о непреодолимой силе меняются и по мере развития научно-технического прогресса. То, что раньше рассматривалось как непреодолимая сила, с совершенствованием науки и техники и внедрением научно-технических достижений может утратить либо признак чрезвычайности, либо признак непредотвратимости и перестать быть непреодолимой силой. Так, до изобретения громоотвода удар молнией рассматривался как непреодолимая сила. После того, как громоотвод стал доступным средством защиты, удар молнии перестал быть таковым в тех случаях, когда участники оборота имеют все необходимые возможности для его использования.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.

Следующая глава >

ВИДЕО ПО ТЕМЕ: Вебинар «Ответственность должностных лиц» 08 ноября

Субъективным основанием гражданско-правовой ответственности в отношениях корпоративную ответственность, и оснований привлечения к ней.