Соотношение освобождения от гражданско-правовой ответственности со Именно поэтому, по нашему мнению, институт гражданско-правовой К объективным основаниям исключения ответственности в гражданском праве​.

Юристы и адвокаты проанализировали проблемы гражданско-правовой ответственности

Отсутствие вины правонарушителя освобождает его от гражданско-правовой ответственности по общему правилу, из которого, однако, имеется ряд исключений. В случаях, установленных законом или предусмотренных договором, ответственность может наступать и независимо от вины правонарушителя (объективная ответственность).

Несмотря на некоторую условность и спорность самого термина, законодатель предусматривает случаи возложения на обязанное лицо соответствующей обязанности (или ответственности без вины).

Наступает данная обязанность в следующих случаях: за причинение вреда гражданам-потребителям услугодателями (ст. 1095, ст. 1098 ГК РФ); за вред, причиненный лицу деятельностью, которая создает повышенную опасность для окружающих (ст. 1079 ГК РФ); за вред, причиненный гражданину незаконными действиями правоохранительных органов (ст. 1070 ГК РФ); за неисполнение договорных обязательств между профессиональными участниками имущественного оборота; за причинение морального вреда (в ряде случаев — ст. 1100 ГК РФ).

Рассмотрим такое основание объективной ответственности (или обязанности по возмещению вреда), как ответственность за вред, причиненный лицу деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих.

Источником повышенной опасности надлежит признать любую деятельность, осуществление которой создает повышенную вероятность причинения вреда, из-за невозможности полного контроля за ней со стороны человека, а также деятельность по использованию, транспортировке, хранению предметов, веществ и иных объектов, обладающих такими же свойствами. В затруднительных случаях вопрос о признании объекта источником повышенной опасности решается судом на основе заключения соответствующих экспертиз (химической, технической, радиационной и других).

Имущественная ответственность за вред, причиненный действием таких источников, наступает как за действия, связанные с их использованием (эксплуатацией), так и при самопроизвольном проявлении их вредоносных свойств. Субъектом ответственности (обязанным лицом) является владелец источника повышенной опасности, под которым понимают организацию или гражданина, осуществляющих их эксплуатацию в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, права оперативного управления либо другим основаниям (аренда, доверенность, распоряжение компетентного органа и т.п.).

Ответственность, не зависящая от вины причинителя вреда, не означает абсолютную, безграничную ответственность причинителя вреда или убытков. И в этих случаях, есть ряд оснований, по которым услугодатель (причинитель вреда) может быть освобожден от гражданско-правовой ответственности: в случае непреодолимой силы; в случае нарушения потребителем установленных правил пользования товаром, результатом работы, услуги.

Непреодолимая сила — это чрезвычайное и непредотвратимое при данных условиях событие.

Для отнесения того или иного события к понятию «непреодолимой силы» необходимо, чтобы такое событие было не только непредотвратимым в конкретной ситуации, но и чрезвычайным (неожиданным).

К непреодолимой силе обычно относятся различного рода стихийные бедствия. Однако не всякое даже стихийное бедствие может быть признано непреодолимой силой. Например, в качестве непреодолимой силы не рассматривается обычный ежегодный разлив весенних вод.

Под нарушением правил пользования или хранения понимается несоблюдение или ненадлежащее соблюдение обычных или специальных норм, которые должны быть доведены до потребителя в доступной, понятной форме. При этом особо отмечается, что нарушение потребителем «правил» должно быть виновным, т. е. предполагать умысел.

Следует учесть, что бремя доказывания обстоятельств, освобождающих от ответственности за причинение вреда вследствие недостатков услуги, лежит на исполнителе услуги, которому предъявлено соответствующее требование. В связи с этим, на практике воспользоваться таким основанием для освобождения исполнителя услуги от имущественных санкций крайне затруднительно.

Контрольные вопросы: 1.

Укажите основные подходы к решению понятия «гражданско-правовая ответственность». Укажите особенности гражданско-правовой ответственности. 2.

Проведите сравнительный анализ следующих виды ответственности: долевая и солидарная; солидарная и субсидиарная. 3.

Назовите условия гражданско-правовой ответственности. 4.

Раскройте сущность теорий причинной связи. 5.

Сформулируйте понятие объективной гражданско-правовой ответственности и укажите сферу применения объективной гражданско-правовой ответственности.

Основная литература:

1. Гражданское право: Учебник / Отв. ред. Е.А. Суханов. – 2 –е изд., перераб. и доп. – М., 2000.

2. Гражданское право России: Учебник / Под ред. З.И. Цыбуленко. – М., 2000.

3. Гражданское право: Учебник / Под ред. С.П. Гришаева. — М., 2001.

4. Гражданское право: Учебник / Под ред. А.П. Сергеева, Ю.К. Толстого. – М., 2000.

5. Гражданское право: Учебник / Под ред. А.Г. Калпинова, А.И. Масляева. – М., 1997.

Дополнительная литература:

1. Брагинский М.И., Витрянский В.В. Договорное право. – М., 2001.

2. Братусь С. Н. Юридическая ответственность и законность. — М., 1976.

3. Гришин Д. Об исполнении обязательств в натуре: поиск оптимальных решений // Хозяйство и право.-2000.-№5.

4. Иоффе О.С. Обязательственное право. — М.,1975.

5. Тархов В.А. Ответственность по советскому гражданскому праву. — Саратов, 1973.

> Тархов В. А. Ответственность по советскому гражданскому праву. А. Институт объективной ответственности в гражданском (частном) праве.

4. Объективная гражданско-правовая ответственность.

В частности, обсуждались недопустимость подмены виновности недобросовестностью, возможность распространения действия гл. 59 ГК о деликтах на взыскание внедоговорных убытков, невостребованность механизмов имущественной ответственности СРО. Также один из спикеров высказался о том, почему противоправность необходимо исключить из числа самостоятельных условий гражданско-правовой ответственности, а другой констатировал переход причинно-следственной связи из области факта в область права.

С приветственным словом выступил президент Федеральной палаты адвокатов Юрий Пилипенко. Он подчеркнул, что такие мероприятия очень важны в том числе и для того, чтобы развивать интерес молодежи к частному праву. Он отметил, что адвокатуру сейчас чаще связывают с оказанием квалифицированной юридической помощи по уголовным делам. «Но должен сказать, что на сегодняшний день нет ни одной сколько-нибудь заметной в сфере оказания правовой помощи юридической фирмы, партнеры которой не были бы связаны с российской адвокатурой», – добавил Юрий Пилипенко.

Участники конференции обсудили проблемы, связанные с составом гражданского правонарушения, процессуальной формой материального правоотношения, деликтами и неосновательным обогащением.

Объективный подход к вине в гражданском праве

Открывая работу первой секции, посвященной составу гражданского правонарушения, ее модератор, член Совета при Президенте Российской Федерации по кодификации и совершенствованию гражданского законодательства, председатель совета ИЦЧП им. С.С. Алексеева при Президенте РФ, д.ю.н. Лидия Михеева отметила, что существуют серьезные сложности в понимании основных элементов конструкции гражданско-правовой ответственности.

Она обратила внимание на то, как важно уйти от субъективной психологической концепции вины в гражданском праве, в соответствии с которой вина понимается как психическое отношение лица к своим действиям и их последствиям. Лидия Михеева отметила, что пока такой поход является господствующим, и призвала обсудить объективный поведенческий подход к вине, реализованный в ст. 401 Гражданского кодекса.

Недобросовестность не следует путать с виновностью

Профессор кафедры гражданского права Сибирского федерального университета, д.ю.н. Ирина Кузьмина рассказала о соотношении категорий «вина» и «недобросовестность».

Она напомнила, что с позиций поведенческого подхода вина в гражданском праве понимается как непринятие лицом всех возможных мер по предотвращению неблагоприятных последствий своего поведения при наличии реальной возможности выполнить свои обязанности. При этом к недостатками данной концепции относят совпадение понятий вины и противоправности, а также невозможность разграничить умысел и неосторожность, указала Ирина Кузьмина.

Что касается психологической концепции, то ее основным минусом является неприменимость к юридическим лицам и публично-правовым образованиям. При этом спикер подчеркнула, что поведенческая концепция критикуется в доктрине гораздо больше, чем психологическая. Однако именно объективный подход реализован в абз. втором п. 1 ст. 401 ГК. По словам Ирины Кузьминой, важно, что обязанному лицу необходимо предпринять не просто зависящие от него меры, а все те, которые необходимы для надлежащего исполнения обязательства. Иными словами, законодатель исключает всякую возможность учета индивидуальных особенностей должника.

Подобное решение вопроса предполагает объективацию вины и ее оценку через призму должной степени осмотрительности среднего участника гражданского оборота, а не конкретного лица, пояснила эксперт. Такое понимание вины, по ее мнению, свидетельствует об усилении гражданской ответственности и даже о приближении ее к безвиновной.

Ирина Кузьмина полагает, что по смыслу законодательства понятие недобросовестности не конкурирует с понятием вины. Однако проблема такой конкуренции возникла. Это, по мнению докладчика, вызвано отсутствием единства в понимании вины в гражданском праве, а также противоречивым использованием категории недобросовестности в различных правовых нормах.

Спикер отметила, что для разных сфер регулирования используется субъективный (знало ли лицо о тех или иных обстоятельствах) или объективный подход (соблюдал или не соблюдал требования нравственности, честного ведения дел, обеспечение баланса интересов) к оценке добросовестности участника гражданского оборота.

Она также подчеркнула, что российские суды массово подменяют понятия противоправности и виновности. По мнению Ирины Кузьминой, если законодатель хочет охарактеризовать субъективную сторону поведения лица, то недопустимо использовать категории недобросовестности вместо виновности. О добросовестности необходимо вести речь в тех случаях, когда законодатель раскрывает объективную сторону поведения с позиции честного ведения дел, пояснила она.

Еще один важный практический момент в связи с этим – действие разных презумпций. Спикер напомнила, что при оценке добросовестности работает презумпция ее наличия. В случае же исследования виновности используется противоположный подход – презумпция наличия вины правонарушителя.

Распространить действие гл. 59 ГК на взыскание внедоговорных убытков

О правовых последствиях недобросовестного поведения сторон деликтных и кондикционных обязательств рассказала профессор, заведующая кафедрой гражданского права Новосибирского национального исследовательского государственного университета, д.ю.н. Тамара Шепель.

Она напомнила, что в гл. 59 Гражданского кодекса о деликтах термин «недобросовестное поведение» не используется. В нормах о неосновательном обогащении, напротив, такое упоминание имеется. В то же время в ГК существует норма об ответственности за внедоговорные убытки. Возникает вопрос: можно ли при их взыскании применять нормы о деликтах? По словам спикера, такую возможность подтверждает как ст. 307.1 ГК, так и судебная практика.

Тамара Шепель указала, что, поскольку ГК РФ называет правонарушение в качестве единственного основания гражданско-правовой ответственности, через призму деликта необходимо рассматривать и недобросовестное поведение. При этом она согласилась с тем, что с точки зрения законодательства недобросовестность «резиновая категория», которая может характеризовать как противоправность, так и виновность.

По мнению докладчика, требуется распространить действие гл. 59 ГК на процедуру взыскания внедоговорных убытков, указав, что если иное не установлено другими нормативными актами и не вытекает из существа обязательства, то правила данной главы подлежат применению к требованиям о возмещении убытков, не связанных с неисполнением или ненадлежащим исполнением договорных обязательств.

Революционное предложение консультантов ИЦЧП

Консультант ИЦЧП им. С.С. Алексеева, к.ю.н. Эдуард Евстигнеев осветил проблемы соотношения вины и причинно-следственной связи. По его мнению, если приравнивать недобросовестность и незаконность, то первая попадает в состав деликта. Если же говорить о ней как о безнравственном поведении, то недобросовестность станет самостоятельным основанием для привлечения к ответственности, которое не охватывается гл. 59 ГК, регулирующей обязательства, возникающие вследствие причинения вреда.

Он попытался определить ценность каждого из условий привлечения к гражданско-правовой ответственности. Традиционно они оцениваются как равнозначные, однако наибольшего внимания заслуживает противоправность, полагает Эдуард Евстигнеев. В то же время он высказал мысль о том, что данное условие не должно рассматриваться как самостоятельное.

По словам Эдуарда Евстигнеева, объективную противоправность можно оценить в рамках условия о вреде, а субъективную – при изучении вины. Он также отметил, что самым сложным с точки зрения доказывания элементом правонарушения является причинная связь.

Об отдельных вопросах причинно-следственной связи в деликтах рассказал еще один консультант ИЦЧП им. С.С. Алексеева Станислав Назариков, по мнению которого, в настоящий момент причинно-следственная связь перестает быть вопросом факта и постепенно приобретает черты вопроса права. Зачастую в наиболее сложных делах суд делает, по сути, предположительный вывод о наличии причинной связи, пояснил эксперт. Он отметил, что при таком подходе суды кассационной инстанции смогут оценивать наличие или отсутствие причинной связи.

Проблемы ответственности СРО

О гражданско-правовой ответственности в сфере саморегулирования на примере арбитражного управления рассказала старший научный сотрудник Национального исследовательского Томского государственного университета, заведующая кафедрой предпринимательского, коммерческого и экологического права Юридического института Национального исследовательского Южно-Уральского государственного университета, д.ю.н. Валентина Кванина.

По ее словам, на сегодняшний день сохраняет свою актуальность невостребованность механизмов имущественной ответственности на практике в указанной сфере, отмеченная в Концепции совершенствования механизмов саморегулирования.

Спикер сообщила, что этим документом было предложено установить субсидиарную ответственность саморегулируемой организации по обязательствам своих членов и право регрессного требования СРО после исполнения обязательства за своего члена. Сегодня в большинстве отраслей самоуправления действует принцип субсидиарной ответственности, напомнила Валентина Кванина.

Она полагает, что сегодня обязанность СРО по осуществлению компенсационной выплаты потерпевшему возлагается на нее не в силу того, что соответствующая организация несет самостоятельную ответственность, а в связи с приданием компенсационному фонду СРО статуса гарантийного инструмента, обеспечивающего имущественную ответственность членов СРО перед потерпевшим. Именно поэтому указание в Законе о СРО на то, что она несет ответственность за действия своего члена, представляется Валентине Кваниной ошибочным.

Спикер также отметила, что в том случае, когда размер компенсационного фонда уменьшается из-за того, что СРО выплатила средства за правонарушение, совершенное своим членом, обязанность по его восполнению возлагается на всех ее членов. Соответственно, возникает вопрос, кто в этом случае вправе предъявлять регрессное требование к непосредственному причинителю вреда?

Как сообщила Валентина Кванина, по Закону о банкротстве это могут сделать члены СРО. Но судебная практика исходит из того, что обращение самой организации с соответствующим иском также правомерно. По ее словам, суды ссылаются на ст. 1081 ГК и на то, что законодатель не запрещает СРО обращаться в суд в этом случае. Спикер поддержала возможность обращения в суд со стороны СРО в интересах своих членов, но на сегодняшний день, по ее мнению, это не соответствует закону.

В ходе конференции помимо этого обсудили вопросы, связанные с процессуальной формой материальных правоотношений, а также деликтами и неосновательным обогащением.

особом характере данного института в гражданском процессуальном праве. Подытоживая рассуждения об объективной стороне процессуального.

Вы точно человек?

Коновалов, С. А.

Основание гражданско-правовой ответственности : Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата юридических наук

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы исследования. Как известно нормальное развитие гражданского оборота обусловлено тем, что его субъекты надлежащим образом исполняют свои обязанности. Причем речь идет не только о договорных (относительных) обязательствах, но и внедоговорных (абсолютных). Нарушение абсолютного или относительного обязательства наносит вред не только контрагенту правоотношения (абсолютному или относительному кредитору), но и нарушает развитие гражданского оборота в целом. Важнейшим механизмом восстановления нормального гражданского оборота является такая мера защиты гражданских прав как гражданско-правовая ответственность. Более того, гражданско-правовая ответственность не только цивилистический инструмент, но и самостоятельное специальное правоотношение, имеющее своим основанием определенные юридические факты. Гражданско-правовая ответственность — оборотная сторона любого гражданского правоотношения. Меры юридической ответственности сопутствуют всем без исключения институтам гражданского права.

За последнее десятилетие в связи с принятием современного гражданского законодательства, регулирующего в корне изменившиеся общественные отношения, наблюдаются тенденции к совершению попыток теоретического обоснования отказа от института гражданско-правовой ответственности в целом или его необходимых составляющих (таких как «вина»), смешению условий применения ответственности и иных способов защиты гражданских прав (смешение принципа вины и принципа причинения), а также к универсализации института страхования. Последний, несомненно, обладает неоценимой социальной и инструментальной ценностью, однако не может ни заменить, ни исключить институт гражданско-правовой ответственности.

Нормальное развитие гражданского оборота, правильная реализация социальной и инструментальной ценности института гражданско-правовой ответственности, возможны лишь при условии верного, обоснованного и

3

эффективного правового регулирования, теоретически проработанного, практически подтвержденного.

Хотя вопросы ответственности и ее оснований исследованы давно и достаточно детально, однако, на сегодняшний день ряд важнейших и принципиальнейших проблем гражданско-правовой ответственности остаются либо недостаточно глубоко изучены, либо не изучены вовсе.

На основе проведенного исследования в настоящей диссертационной работе предлагаются пути совершенствования российского законодательства в области гражданско-правовой ответственности.

В то же время, по нашему мнению, совершенствованию законодательства препятствуют сложившееся в теории представление о составе гражданского правонарушения, сочетание в теории «общих правил» и «исключений», недостаточные разработанность, доктринальная согласованность и определенность соответствующих правовых норм.

Степень научной разработанности темы исследования. Учитывая то, что меры юридическая ответственность сопутствует всем без исключения институтам гражданского права, отечественные цивилисты еще в периоды первых кодификаций придавали существенное значение вопросам ответственности в гражданском праве и основаниям (условиям) ее наступления. Разумеется, особый интерес в силу своей значимости, определяющей сущность института гражданско-правовой ответственности, вызывали вопросы о таких принципиальных составообразующих элементах как вина и причинная связь. Изучением гражданско-правовой ответственности и оснований ее наступления занимались многие отечественные юристы, в числе которых можно назвать таких авторов как Агарков М.М, Алексеев С.С., Антимонов Б.С., Аскназий С.И., Братусь С.Н., Грибанов В.П., Илларионова Т.И., Иоффе О.С., Кофман В.И., Красавчиков О.А., Лейст О.Э., Малеин Н.С., Матвеев Г.К., Тархов В.А., Флейшиц Е.А., Хохлов В.А., Церетели Т.В., Шаргородский М.Д. Их теоретические исследования позволили сформулировать понятие гражданско-правовой ответственности, понятие гражданского правонарушения, определить

4

состав гражданского правонарушения. Результаты этих исследований заняли почетное место в современной учебной юридической литературе, и нашли отражение в действующем гражданском законодательстве. Однако следует отметить, что подавляющее большинство теоретических исследований по темам аналогичным теме настоящей диссертации были проведены задолго до произошедших за последнее десятилетие глобальных перемен, затронувших экономическую, политическую и культурную жизнь Российского государства. В период и непосредственно после последней кодификации современного российского гражданского законодательства фундаментальные теоретические исследования в названной или смежных областях отечественной цивилистики не проводились. Имеющиеся же современные исследования, касающиеся проблем основания гражданско-правовой ответственности, по нашему мнению, полностью не решают «проблемности» вопроса основания гражданско-правовой ответственности.

Обострившаяся актуальность и недостаточная разработанность и законченность названных проблем определили выбор темы, целей и задач исследования.

Цель и задачи исследования. Цель настоящего исследования — найти и предложить решение частноправовых проблем основания гражданско-правовой ответственности на основе обобщения и комплексного анализа теории, законодательства и практики его применения.

Для достижения указанной цели необходимо решить следующие задачи:

— прежде всего, раскрыть содержание и уяснить сущность категории ответственности, провести анализ существующих взглядов на понятие гражданско-правовой ответственности;

— определить, что является основанием наступления гражданско-правовой ответственности, рассмотреть гражданское правонарушение как основание гражданско-правовой ответственности и провести анализ концепций состава гражданского правонарушения;

5

— подробно изучить составообразующие элементы гражданского правонарушения в отдельности и системно, соотнести объективные и субъективные составляющие гражданского правонарушения;

— особое внимание следует уделить исследованию таких важнейших принципообразующих элементов состава как причинная связь и вина, олицетворяющих принципы причинения и вины, для чего провести анализ цивилистических теорий причинной связи и вины, в том числе в соотношении с философским учением о причинности и вине.

Объект и предмет исследования. Объектом исследования является такая юридическая конструкция как основание гражданско-правовой ответственности.

Предмет диссертационного исследования — система теорий, концепций и взглядов на основание гражданско-правовой ответственности и нормы объективного права, регулирующие соответствующее правоотношение.

Методологическую основу исследования составляют общенаучные и частнонаучные методы познания: анализа, синтеза, формально-логический, нормативно-логический, исторический, системно-правовой и другие.

Учитывая сложность, фундаментальность и комплексность исследования, отдельные важнейшие разделы исследования проводились не только с точки зрения цивилистики и юриспруденции в целом, но и сквозь призму философского и философско-правового учений.

Теоретической основой исследования послужили научные работы отечественных и зарубежных цивилистов и правоведов, касающиеся проблем юридической ответственности, гражданско-правовой ответственности, оснований гражданско-правовой ответственности и отдельных элементов последней.

В теоретическую базу исследования вошли научные труды таких правоведов как: Агарков М.М., Алексеев С.С., Антимонов Б.С., Аскназий С.И., Белякова A.M., Беляцкин С.А., Брагинский М.И., Братусь С.Н., Витрянский В.В., Грибанов В.П., Илларионова Т.И., Иоффе О.С., Калмыков Ю.Х., Кофман

6

В.И., Красавчиков О.А., Лейст О.Э., Лунц Л.А., Малеин Н.С., Матвеев Г.К., Новицкий И.Б., Ойгензихт В.А., Пионтковский А.А., Покровский И.А., Самощенко И.С., Сергеев А.П., Смирнов В.Т., Собчак А.А., Тархов В.А., Флейшиц Е.А., Хохлов В.А., Церетели Т.В., Шаргородский М.Д., Шварц Х.И., Шершеневич Г.Ф., Яичков К.К., Ярошенко К.Б. и других.

Поскольку избранный объект исследования достаточно сложен, многоаспектен, имеет многоуровневую структуру и не является чисто прикладным цивилистическим явлением, поэтому нуждается не только в правовом анализе. При подготовке работы возникла необходимость привлечь также философские труды таких авторов как Гегель, Кант, Малинова И.П., Гроссман X., Косолапов Р., Марков В., Кузнецов И.В. и других.

Эмпирическая база исследования. В диссертационной работе проанализированы нормативно-правовые акты Российской Федерации, опубликованные материалы судебной практики, конкретные примеры из практики арбитражных судов и судов общей юрисдикции, известные в теории ситуации.

Научная новизна диссертационного исследования состоит в комплексном и оригинальном подходе к рассмотрению теоретических и практических аспектов механизма возникновения гражданского правоотношения ответственности, позволяющего пересмотреть сложившиеся традиционные подходы к определению оснований возникновения гражданско-правовой ответственности и основных начал (принципов) ее наступления. Представлен ряд новых дефиниций исследуемых правовых категорий. Проведен анализ исследуемых проблем с точки зрения нового гражданского законодательства Российской Федерации. Автором изложен новый взгляд на соотношение и сосуществование принципов вины и причинения, субъективного и объективного в институте ответственности. Проведен анализ исследуемых проблем сквозь призму превращения ответственности из перспективной в ретроспективную. В работе проведена четкая классификация состава гражданского правонарушения на основе современного законодательства

7

России. Автором предложено новое понимание причинности (объективной детерминации) и вины (субъективной .детерминации). Предложены пути преодоления теоретических и практических проблем основания гражданско-правовой ответственности.

Основные положения, выносимые на защиту, обусловлены целями и задачами исследования и соответствуют структуре диссертационной работы:

1. Гражданско-правовая ответственность рассматривается как правоотношение (преобразующее общее гражданское правоотношение, и в то же время имманентное ему), порождаемое конкретным юридическим фактом (гражданским правонарушением). Гражданское правонарушение трансформирует перспективную ответственность (общее гражданское правоотношение) в ретроспективную (специальное гражданское правоотношение).

2. Обосновывается вывод о том, что наступление гражданско-правовой ответственности в форме штрафа или неустойки при отсутствии убытков не отрицает наличия вреда в качестве элемента состава гражданского правонарушения как основания такой ответственности и не отрицает состава гражданского правонарушения аналогичного составу правонарушения повлекшего убытки.

3. В механизме причинения вреда (убытков) третьи лица (в смысле ст. ст. 402, 403, 1068, 1069, 1070, 1073, 1076 ПС РФ), как фактические причинители, являются объективным связующим звеном между вредом (убытком) и поведением ответственного лица (юридического причинителя), который ответственен за их выбор и контроль.

4. Обосновывается положение о том, что сосуществование наряду с общим принципом вины должника, причинителя вреда принципа ответственности без вины неправомерно. Гражданско-правовая ответственность даже в исключительных случаях не должна основываться на объективной связи вреда с поведением субъекта, объективная причинность не отрицает и не заменяет субъективную причинность. Ответственный субъект не

8

должен быть причиной или механизмом (орудием) причинения вреда. Субъект обладает интеллектуально-волевой составляющей, являющейся причиной определенного поведения субъекта.

Субъективная составляющая гражданского правонарушения определяется внешней и внутренней субъективной детерминацией, в совокупности характеризующих вину.

Объективно вина проявляется в области внешней субъективной детерминации. Субъект связан отношением с деянием и вредом. Варианты форм этой связи определяют формы вины. Так, субъективная связь субъекта с вредом может выражаться в форме предвидения — не предвидения, желания — не желания.

Внутренняя субъективная детерминация тоже имеет для нас значение. Во-первых, это сфера определения дееспособности. Во-вторых, несовпадение направленности внутренней детерминации с внешней свидетельствует либо о пороке воли, либо об отсутствии вины или субъективном случае.

5. Сделан вывод о том, что презумпция вины — один из важнейших признаков принципа вины как единственного начала построения гражданско-правовой ответственности. Презумпция вины есть предположение ее наличия, и это наличие есть ничто иное, как условие ответственности. Вина выступает в роли заведомо существующего элемента состава гражданского правонарушения. Презумпция вины не есть ее отрицание в составе, наоборот — утверждение. Лишь при наличии вины объективные условия гражданского правонарушения образуют его состав.

6. Обосновывается положение, что существование такой гражданско-правовой конструкции как непреодолимая сила подтверждает статус принципа вины как единственного начала гражданско-правовой ответственности.

Сделан вывод, что ответственность субъектов предпринимательской деятельности и лиц, деятельность которых связана с повышенной опасностью, строится по принципу вины, а не причинения, иначе специальная, вину исключающая, конструкция непреодолимой силы теряет свой смысл, так как

9

иначе в данных случаях исключением из принципа причинения будет принцип вины.

Непреодолимая сила как граница ответственности субъектов предпринимательской деятельности и лиц, деятельность которых связана с повышенной опасностью, бесспорно, есть знак отсутствия вины в поведении указанных субъектов в случае причинения ими вреда. Эта посылка -«НЕПРЕОДОЛИМАЯ СИЛА = ОТСУТСТВИЕ ОТВЕТСТВЕННОСТИ И ВИНЫ» — законом конструируется как исключение из правила безвиновной ответственности (принципа причинения), но именно эта формула говорит о том, что по общему правилу ответственность предпринимателя и владельца источника повышенной опасности строится по принципу вины.

Схематично это выглядит так:

НЕПРЕОДОЛИМАЯ СИЛА = НЕТ ВИНЫ = НЕТ ОТВЕТСТВЕННОСТИ;

НЕТ НЕПРЕОДОЛИМОЙ СИЛЫ = ВИНА = ОТВЕТСТВЕННОСТЬ.

7. Обосновывается положение о том, что нет гражданско-правовой ответственности без вины, и не должно быть исключений из принципа вины. Ответственность «без вины» — это всегда «ответственность» по принципу причинения.

Обосновывается наличие вины в форме неосторожности при причинении вреда источником повышенной опасности (в процессе деятельности, связанной с повышенной опасностью для окружающих). Неосторожная вина заключается в том, что владелец источника повышенной опасности, не предприняв, либо предприняв недостаточные меры для превращения источника повышенной опасности в объект обычной (не повышенной) опасности, осознает и предвидит возможность наступления вреда в результате использования источника повышенной опасности, но легкомысленно надеется на то, что вред не наступит, либо будет предотвращен его действиями либо действиями рискующего. Источник повышенной опасности — такое же орудие в руках субъекта, как и более простые и не опасные объекты материальности. Разница в

10

объеме и интенсивности контроля (степени внимательности и осмотрительности).

Такое поведение владельца источника повышенной опасности уже содержит субъективный элемент состава гражданского правонарушения — вину. Юридическая конструкция презумпции вины подтверждает данный вывод. Дополнение вины вредом, причиной которого явилось противоправное поведение владельца источника повышенной, опасности образует полный состав гражданского правонарушения.

Теоретическая и практическая значимость исследования. Теоретическая значимость диссертационного исследования состоит в том, что сформулированные в диссертации положения, взгляды, предложения и выводы углубляют, дополняют и развивают соответствующие разделы гражданского права, могут служить основой для дальнейшей разработки теоретических вопросов гражданско-правовой ответственности, ее основания, причинности и вины в институте гражданско-правовой ответственности.

Практическая значимость исследования заключается в том, что концептуальные положения, сформулированные в диссертации, могут быть использованы при подготовке проектов нормативно-правовых актов, регулирующих гражданско-правовую ответственность. Выводы, сделанные в диссертации, могут использоваться судами при решении вопросов, связанных с гражданско-правовой ответственностью, а также федеральными органами государственной власти, органами власти субъектов РФ и органами местного самоуправления при осуществлении ими своей деятельности.

Результаты исследования могут быть использованы для совершенствования норм действующего гражданского законодательства, касающегося института гражданско-правовой ответственности, при разработке новых нормативно-правовых актов в данной области, а также учтены в правоприменительной практике.

11

Выводы и предложения, сделанные автором, применимы для подготовки учебных и методических пособий, а также в учебном процессе при чтении лекций и проведении семинарских занятий по гражданскому праву.

Апробация результатов исследования. Результаты исследования были обсуждены и одобрены в Секторе гражданского права, гражданского и арбитражного процесса Центра цивилистических исследований Института государства и права Российской Академии Наук.

Основные научные положения, выводы и рекомендации, сформулированные в диссертационном исследовании, нашли свое отражение в научных публикациях автора.

Структура диссертации обусловлена целями и задачами исследования. Диссертация состоит из введения, шести глав, разделенных на параграфы, заключения и списка литературы.

СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

ВоВведенииобосновывается актуальность выбранной темы, формулируются цель и задачи исследования, определяются его объект и предмет, излагаются методологические основы диссертационного исследования, раскрываются ее научная новизна, теоретическая и практическая значимость. Формулируются основные положения, выносимые на защиту.

Глава 1. «Понятие ответственности. Общие положения».

В § 1.1. «Понятие и сущность ответственности» рассматриваются и анализируются общие вопросы, происхождение и процесс становления понятий «ответственность» и «юридическая ответственность».

Ответственность — это реакция на выбор. Выбор есть реализация свободы. Здесь усматривается неразрывная связь свободы и ответственности.

Свободный выбор — это выбор субъектом чего-либо для себя. В связи с этим, свободный выбор состоит не только в акте избрания варианта, но и в выборе (принятии) последствия этого варианта.

12

В § 1.2. «Перспективный и ретроспективный аспекты ответственности» раскрывается единство перспективной и ретроспективной ответственности в ее неразрывной связи со свободой.

При ретроспективной ответственности, сознание направлено в прошлое — на совершенное деяние, а воля — в будущее — формирование перспективной ответственности за будущее поведение.

При перспективной ответственности, познание направлено в будущее, с целью установить возможную реакцию на стремление воли что-либо преобразовать и принять на себя результат (реакцию) этого преобразования. Эта реакция (позитивная или негативная), объективируясь из возможности в действительность свободным волеизъявлением субъекта, превращает перспективную ответственность в ретроспективную.

В § 1.3. «Проблемы понятия юридической ответственности» рассмотрены основные концепции понятия юридической ответственности в отечественной правовой науке. Их объединяет то, что юридическая ответственность определяется в самом общем смысле как реакция на правонарушение, то есть рассматривается исключительно в ретроспективном (негативном) аспекте.

Предлагается понятие юридической ответственности искать исходя не из известного понятия ретроспективной юридической ответственности, а напротив, последнюю необходимо определять на основе общего понятия.

Общенаучно ответственность можно определить как необходимую реакцию на выбор варианта поведения.

Отсюда, юридическая ответственность это необходимая правовая реакция на выбор регулируемого правом варианта поведения.

Ретроспективная юридическая ответственность — обязанность принятия на себя необходимой негативной правовой реакции на выбранный и осуществленный регулируемый правом в форме запрещения вариант поведения.

13

Перспективная юридическая ответственность — готовность принять на себя необходимую правовую реакцию на любой выбираемый регулируемый правом вариант поведения.

Общее понятие юридической ответственности, как необходимой правовой реакции на выбор регулируемого правом варианта поведения, охватывает собой как негативную, так и позитивную реакцию на выбор как разрешенного, так и запрещенного правом варианта поведения.

В §1.4. «Понятие гражданско-правовой ответственности» предлагается дефиниция негативной (ретроспективной) гражданско-правовой ответственности — это обязанность субъекта гражданского права принять на себя необходимую правовую реакцию на выбранный и осуществленный им запрещенный гражданским правом вариант поведения повлекший необходимые вредные последствия, в виде возложения на него дополнительной гражданско-правовой обязанности или лишения принадлежащего ему гражданского права.

В§1.5. «Гражданско-правовая ответственность — правоотношение» рассматривается соотношение видов правоотношений (абсолютного и относительного) и видов гражданско-правовой ответственности (внедоговорной о договорной). Относительному правоотношению соответствует относительная (договорная) ответственность, а абсолютному — абсолютная (внедоговорная) ответственность.

Ретроспективная гражданско-правовая ответственность — это всегда относительное правоотношение, между субъектами. При нарушении обязательства (относительного правоотношения), к последнему добавляется обязательство ответственности.

В случае деликта — нарушения абсолютного правоотношения, речь может идти о трансформации абсолютного правоотношения в относительное (гражданско-правовая ответственность), хотя абсолютное, конечно же, никуда не исчезает, оно лишь преображается отношением. Деликт — юридический факт, вносящий в абсолютность относительность.

14

Схематично вышеизложенное нам представляется так:

Гражданское правоотношение

Общее Перспективная ответственность

Правонарушение .

Специальное Ретроспективная ответственность

 

 

Глава 2. «Состав гражданского правонарушения как основание гражданско-правовой ответственности».

В § 2.1. «Структура состава гражданского правонарушения» рассматривается состав гражданского правонарушения.

Правонарушение — сложный юридический факт, состоящий из определенных элементов — состава правонарушения, включающего: ^противоправное поведение; 2)вред; 3)причинную связь между противоправным поведением и вредом; 4)вину.

Анализируются концепции состава гражданского правонарушения, предложенные разными авторами.

Рассматриваются объект, субъект, объективная и субъективная стороны и их роли в составе гражданского правонарушения. Объект и субъект, объективно существуя, могут не включаться в число элементов состава гражданского правонарушения. Субъект гражданско-правовой ответственности, является, прежде всего, субъектом гражданских правоотношений. И достаточно иметь статус субъекта гражданских правоотношений, чтобы мочь быть субъектом гражданско-правовой ответственности. Гражданское правоотношение — это реализация перспективной гражданско-правовой ответственности. При превращении перспективной ответственности в ретроспективную, субъект первой становится субъектом второй.

Что касается объективной и субъективной сторон гражданского правонарушения, то именно они и образуют состав правонарушения.

15

Противоправное поведение, вред и причинная связь — объективная сторона. Вина — субъективная сторона.

В § 2.2. «Вопрос о месте вины в составе гражданского правонарушения» анализируются разные точки зрения о месте вины в составе гражданского правонарушения.

Сделан вывод, что для возникновения основания наступления гражданско-правовой ответственности необходимо наличие всех без исключения элементов состава гражданского правонарушения, то есть полный состав.

Глава 3. «Противоправное поведение как элемент состава гражданского правонарушения».

В § 3.1. «Противоправное поведение — деяние» анализируется противоправное поведение (деяние) как элемент состава гражданского правонарушения.

Деяние не идентично механическому движению. Оно имеет цель, осознано и необходимо. Деяние — волеизъявление.

Ответственность в гражданском праве наступает за собственное деяние. Не может быть ответственности одного субъекта за деяние другого. С этой позиции рассматриваются случаи так называемой ответственности за деяния третьих лиц.

Анализируется противоправное поведение владельца источника повышенной опасности.

В §3.2. «Противоправность деяния» подчеркивается противоправный характер деяния, как элемента состава гражданского правонарушения.

Рассматривается принцип «генерального деликта», в котором заключена презумпция противоправности деяния, причиняющего вред, и который интерполируется на договорные обязательства, что вытекает из нормы, содержащейся в ст. 309 ГК РФ, согласно которой, обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона…

16

Анализируются случаи правомерного причинения вреда.

Глава 4. «Вред как элемент состава гражданского правонарушения».

В § 4.1. «Понятие и виды вреда» рассматривается вред как элемент состава гражданского правонарушения.

Для возникновения гражданско-правовой ответственности недостаточно одного противоправного поведения. Необходимо наличие вреда, представляющего собой определенные изменения в окружающем мире, наступившие в результате противоправного поведения. Вред рассматривается в социальном, юридическом и фактическом аспектах.

Во всех случаях определения вреда имеются в виду неблагоприятные последствия, наступающие в результате нарушения имущественных или личных неимущественных прав и благ потерпевшего. Именно в таком широком понимании вред можно определить как умаление охраняемых гражданским правом благ. Однако, как условие гражданско-правовой ответственности, вред не само нарушение какого-либо блага, а имущественные последствия такого нарушения.

В § 4.2. «Имущественный вред» рассматриваются виды убытков, анализируется принцип полного возмещения убытков, а также отрицающие его мнения.

Классификация вреда на имущественный и личный неимущественный наиболее соответствует дифференциации регулируемых гражданским правом отношений на имущественные и неимущественные.

Подчеркивается, что наступление гражданско-правовой ответственности в форме штрафа или неустойки не отрицает наличия вреда в качестве элемента состава гражданского правонарушения как основания такой ответственности.

В § 4.3. «Неимущественный вред» исследуется неимущественный вред.

В заключение главы указаны две функции категории вреда в гражданском праве: 1)элемент состава правонарушения; 2)критерий определения размера ответственности.

17

Глава 5. «Причинная связь между противоправным деянием и вредом как элемент состава гражданского правонарушения». В этой главе исследуется причинная связь как элемент состава гражданского правонарушения. Причинная связь непосредственно нормой права названа в качестве основания гражданско-правовой ответственности (п.1 ст. 15, п.1 ст. 393, п.1 ст. 1064 ГК РФ). Правонарушитель может нести ответственность не за любой, а лишь за причиненный им вред.

В большинстве случаев причинная связь между противоправным поведением и вредом достаточно очевидна. Но встречаются случаи, когда непросто выявить юридически значимую и служащую основанием гражданско-правовой ответственности причину вреда. Например, пострадавшего в ДТП гражданина доставили в больницу с диагнозом «перелом обеих ног». Пациент был помещен в не отапливаемую палату (отключили отопление за непогашение задолженности ввиду не перечисления средств соответствующего бюджета). В результате переохлаждения пострадавшему ампутировали ноги. Чье поведение в данном случае послужило действительной причиной наступления инвалидности у потерпевшего: водителя, медперсонала, властей или руководства предприятия тепловых сетей? Определенная причинная связь присутствует между вредом и поведением каждого из названных субъектов.

В § 5.1. «Проблемы причинной связи в гражданском праве» на приведенном и ряде других примеров анализируются проблемы причинной связи с точки зрения зарубежных и отечественных теорий причинных связей.

Анализируемые теории причинности либо смешивают объективное с субъективным (сводят объективную категорию причинности к вине, т.е. к категории субъективной, и тем самым причинность подменяют виновностью), либо подменяют причинность противоправностью.

§ 5.2. «Причина и условия — проблема соотношения в гражданском праве». Объективные факторы, содействующие появлению вредного последствия при совершении правонарушения, оказывают трансформационное влияние на причину, но не на следствие, поэтому не могут рассматриваться в

18

качестве причин (называемых случайными, возможными, косвенными или иными).

В выше приведенном примере, по нашему мнению, деяние водителя является причиной увечья — перелом костей ног. То обстоятельство, что конечным результатом для потерпевшего явилась ампутация ног, не дает оснований утверждать, что поведение водителя послужило причиной этому прямо или косвенно.

Поведение водителя является конкретной причиной конкретного увечья и не более. Конечный результат в данном примере — следствие иных обстоятельств — иных причин — не связанных с поведением водителя. Между конечным результатом и поведением водителя вообще нет никакой связи, так как результат мог бы наступить, если потерпевший сломал бы ноги сам.

У каждого последствия есть своя конкретная причина. У каждой конкретной причины есть свой конкретный субъект. Каждый субъект причинения, при наличии других условий ответственности должен нести ее за свое конкретное правонарушение.

Проводится соотношение причинной связи в юриспруденции с философским учением о причинности. Причинная связь не может быть случайной. Данный тезис относится к любой причинно-следственной связи. Если следствие порождено каким-то иным фактором, а не предполагавшейся причиной, эту связь нельзя назвать «случайной». Просто у данного следствия своя необходимая (но не случайная) причина. Случайность есть непознанная необходимость. Статус «случайного» какое-либо явление приобретает в силу непознанности всех условий наступления следствия. Совокупность всех этих условий и образует причину.

Предложены формулы причины и причинной связи:

Причина = условие + условие +…

Причинная связь = Причина (условие + условие + …) —> конкретное необходимое следствие.

19

Если абсолютно все условия наступления следствия не могут быть познаны, то это следствие считается случайным. Например, на сегодня невозможно учесть всех условий полета артиллерийского снаряда, следовательно, отклонение от расчетного места его падения будет считаться случайным. Однако если бы мы знали причину — совокупность всех условий наступления события, оно, обретя признак познанности, стало бы необходимым (не случайным). Случайный — субъективно не познанный, но объективно необходимый.

Если причине и условию придать самостоятельные значения, то это может привести к тому, что непосредственной причиной станет воздействие последнего условия. Например, падение снаряда в определенную точку явилось следствием порыва ветра («причина»). Условиями в таком случае можно назвать выстрел, силы гравитации и т.п. На самом же деле причиной следствия является совокупность всех этих условий. Изменения в этой совокупности есть изменения причины, ведущие к изменению следствия.

В примере с автонаездом на пешехода, следствием (конечным вредом) является то состояние потерпевшего, в котором он оказался после неправильного лечения. Причина этого вреда — неправильное лечение, то есть поведение медработников. Поведение водителя, властей и энергетиков одновременно являются причинами соответственно ранений, невыполнения финансовых обязательств и отключения теплоэнергии, и условиями наступления конечного вреда. Но эти условия направлены не на следствие, а на преобразование причины. Именно потому, что указанные факторы не направлены на конечный результат, они не должны иметь юридического значения, и не являются косвенными или случайными причинами вреда.

§ 5.3. «Объективная и субъективная причинности». Причинная связь — это объективная детерминация. Вина — субъективная детерминация. Причинная связь в праве — объективная связь деяния с результатом. Вина — связь осознанной воли с деянием. Другими словами, воля есть причина деяния, а деяние есть причина вреда. Но воля не может быть причиной вреда, потому, что

20

она действует посредством объективации в деянии и имеет непосредственную связь только с деянием. Вред же объективно связан с деянием, независимо от того, как относился субъект к вредному результату. Отношение субъекта именно к вредному последствию есть субъективная связь его воли с вредом, и эта связь не имеет никакого отношения к причинной обусловленности деяния и вреда. Субъективная связь между волей и вредом, находящимся в области вины, не влияет на связь причины и результата. Сказанное проиллюстрировано схематично.

Глава6. «Вина как элемент состава гражданского правонарушения» посвящена исследованию вины.

В § 6.1. «Вина субъективная причина» речь идет о субъективной обусловленности ответственности, выражающейся в вине. Рассматриваются два основных начала (принципа) наступления гражданско-правовой ответственности: 1 Причинения, и 2)вины.

Если исходить из принципа причинения, то на первый план выступает причинная связь. Лицо, причинившее вред, выступает здесь как орудие причинения, то есть как «причина» или «объект». Однако, субъект, причиняющий вред, не может и не должен быть в чистом виде причиной или орудием причинения. Необходимо различать причину и механизм причинения. Субъект обладает волей, являющейся причиной поведения.

В параграфе сделан анализ концепциям вины.

В §6.2. «Сущность и понятие вины в гражданском праве» освещается процесс становления понятия вины, анализируются сущность вины через определения понятия вины.

По нашему мнению, нет принципиальных оснований отказываться от понимания вины как психического отношения деликвента к деянию и его последствиям. Отношение определяется как взаимная связь разных предметов, действий, явлений, касательство между кем, чем-нибудь. Этими двумя разными предметами являются с одной стороны субъект, с другой — его деяние и последствия деяния.

21

Человек — явление двуединое: материальное начало и нематериальное. Материя (объект) имеет отношение с другими объектами материального мира. Именно в этой плоскости речь может идти о причинности, причинной связи, принципе причинения. Нематериальное (сознание и воля) имеет отношение лишь с одним объектом — своей материей (звеном в цепи связи с материальным миром). Осмысленная воля направляет подвластную материю на достижение поставленной цели, придавая ему признак пространственного и временного перемещения.

Если есть связь между волей и волеизъявлением, то есть вина. Если такой связи нет, то не должно быть ответственности. Поэтому для наступления гражданско-правовой ответственности необходимо наличие вины именно как отношения между нематериальным и материальным составляющими субъекта, проявляющееся во вне в виде его (субъекта) внутреннего (психического) отношения к своему поведению и его результату.

Механизм вины изображается графически.

22

Из схемы видно, что вина проявляется в области внешней субъективной детерминации. Субъект связан отношением с деянием и вредом. Варианты форм этой связи определяют формы вины.

Связь субъекта с деянием имеет определяющее значение для наличия вины. Если отсутствует детерминация субъектом деяния (например, человека толкнули на ящик с хрупкими предметами) или эта детерминация противоположна внутренней (принуждение, например), то вины не будет.

Внутренняя субъективная детерминация тоже имеет для нас значение. Во-первых, это сфера определения дееспособности. Во-вторых, несовпадение направленности внутренней детерминации с внешней свидетельствует либо о пороке воли, либо об отсутствии вины или субъективном случае.

Вышеприведенная схема рисует практически весь состав гражданского правонарушения. Нет лишь противоправности.

А вот как на наш взгляд должна выглядеть схема ответственности строящейся по принципу причинения:

Так как субъективная детерминация не учитывается сторонниками принципа причинения, то из схемы выпадают субъект с его составляющими, а также деяние, так как вред является следствием причинителя. Причинная связь здесь существует между причинителем и вредом.

Сформулировано понятие вины в гражданском праве: Вина — психическое (осознанное и волевое) отношение субъекта в форме умысла или неосторожности к не проявлению им той степени заботливости и осмотрительности, которая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота и не предпринятию всех мер для надлежащего исполнения обязательства и вредному результату такого поведения.

23

В § 6.3. «Формы вины в гражданском праве» анализируются формы вины. Исследуются критерии дифференциации простой и грубой неосторожности.

Анализируется соотношение легкомыслия и небрежности с одной стороны, и простой неосторожности и грубой неосторожности с другой. Принятое в цивилистике разделение неосторожности на простую и грубую является, как отметил О.С. Иоффе, «не качественным, а чисто количественным». Простая или грубая неосторожность есть степень неосторожности в виде легкомыслия или небрежности. Для гражданского закона безразлична качественная характеристика неосторожности, но имеет значение количественная. В связи с этим в гражданском праве и выделяются две разновидности неосторожности — простая и грубая.

В § 6.4. «Вина юридических лиц» рассматривается вопрос о вине юридических лиц. Гражданские правоотношения всегда строятся по схеме: должник — кредитор. Следовательно, по отношению к потерпевшему (кредитору) виновным может быть только правонарушитель (должник). Отдельный работник, орган юридического лица, директор или коллектив работников не являются должником перед кредитором, соответственно нести ответственность и быть виновными они не могут.

Орган юридического лица в оговоренном в параграфе статусе является носителем воли как положительной, так и отрицательной. При этом активное или пассивное вмешательство или иное влияние на процесс совершения правонарушения иных кроме органа субъектов (работников, подчиненных органов или должностных лиц) для виновной ответственности юридического лица не имеет юридического значения. Во-первых, потому, что это есть порок именно его интеллектуально-волевого статуса (ошибка выбора, ошибка организации, ошибка контроля), во-вторых, такое вмешательство (влияние) находится в области формирования объективной причины наступивших последствий (вреда).

24

В § 6.5. «Проблемы ответственности «без вины» и «чужой вины» проводится исследование так называемой «ответственности по системе риска». Существует общее мнение, что обязанность возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, возлагается не за вину, а на началах риска[1]. Сделан вывод, что риском завуалирована вина.

По нашему мнению, во-первых, закон не запрещает использование источника повышенной опасности, но запрещает посредством его причинять вред, во-вторых, риск, по сути, схож с определением вины в форме неосторожности.

Действующий (рискующий) субъект имеет определенное субъективное (интеллектуально-волевое) отношение к своему поведению и возможному результату последнего. В этом заключается перспективная ответственность. При превращении результата из возможного в действительный, действовавший субъект также будет иметь субъективное отношение к своему поведению и его действительному результату. Это субъективное отношение — вина — и будет являться основанием ретроспективной ответственности. Именно вина, а не риск или его несение; и именно ответственность, а не «последствия несения риска».

Владелец автомобиля, садясь за руль, несет перспективную ответственность — он обязан воздерживаться от причинения вреда другим лицам посредством управляемого им автомобиля. Чтобы не причинять вред владелец автомобиля должен либо не ездить, либо ездить с такой степенью внимательности и осмотрительности и на таком автомобиле, чтобы не причинить никому вреда. Если эти два варианта поведения не соблюдаются, то можно говорить о том, что владелец автомобиля, садясь за его руль, осознает и предвидит возможность вредных последствий, но легкомысленно надеется предотвратить их наступление, либо не осознает вредоносности своего поведения, не предвидит последствий своего поведения, хотя при определенной степени заботливости и осмотрительности мог и должен был их предвидеть.

25

Перспективная ответственность выражается в обязанности не причинять вред и предотвращать причинение вреда, ограничивая свою вредоносность. Предотвращение вреда — это такое воздействие на источник повышенной опасности, которое исключает или настолько уменьшает опасность, что источник повышенной опасности превращается в не источник повышенной опасности, это несение перспективной ответственности. Если владелец источника повышенной опасности по той или иной причине не предотвратил реализации вредоносности источника, то возникает ретроспективная ответственность именно за такое бездействие.

Такое поведение владельца источника повышенной опасности уже содержит субъективный элемент состава гражданского правонарушения — вину. Юридическая конструкция презумпции вины подтверждает данный вывод. Дополнение вины вредом, причиной которого явилось противоправное поведение владельца источника повышенной опасности образует полный состав гражданского правонарушения.

Само по себе использование источника повышенной опасности не является противоправной деятельностью. Однако, источник повышенной опасности — это опасность, намеренно создаваемая его владельцем. Причем эта опасность лишняя, дополнительная, не естественного происхождения. В ней заинтересованы только владельцы источника этой опасности. Все остальные субъекты не заинтересованы в ней (даже если источник повышенной опасности полезен непосредственно им) и имеют абсолютное право на безопасную жизнь, право на то, чтобы не подвергаться угрозе вышеуказанной опасности. Соответственно, владелец источника повышенной опасности абсолютно обязан не допускать реализации опасности (не бездействовать), и абсолютно обязан превратить в неопасный источник повышенной опасности.

Факт возникновения вреда в результате воздействия источника повышенной опасности свидетельствует о том, что его владелец нарушил абсолютное право потерпевшего не подвергаться воздействию источника повышенной опасности (право на безопасность).

26

Таким образом, состав гражданского правонарушения как основание ответственности владельца источника повышенной опасности за вред, причиненный этим источником, схематично выглядит следующим образом: 1) Противоправное поведение — нарушение владельцем источника повышенной опасности абсолютного права любого третьего лица на безопасность; 2) Вина —субъективная связь воли владельца источника повышенной опасности с его поведением, выражающаяся в сознательном допущении посягательства, посредством использования источника повышенной опасности, на безопасность всех третьих лиц; 3) Вред — негативный результат взаимодействия с источником повышенной опасности; 4) Причинная связь — объективная детерминация деянием вреда.

Первые два пункта в этой схеме — противоправное поведение и вина охватываются рамками перспективной ответственности и образуют неполный состав гражданского правонарушения, не являющийся основанием гражданско-правовой ответственности.

Вред, состоящий в причинно — следственной связи с противоправным поведением, является юридическим фактом, превращающим перспективную ответственность в ретроспективную и образующим полный состав гражданского правонарушения.

Аналогично предлагается решать проблему «безвиновной» ответственности профессионального хранителя и субъекта предпринимательства.

Деятельность предпринимателя рискованна, то есть потенциально вредоносна не только для него самого, но и для его контрагентов, которые презюмируемо добросовестны и не всегда рискуют. Таким образом, положение контрагента предпринимателя ухудшается поведением последнего. Подобное ухудшение не может не нарушать права и интересы контрагента, то есть в некоторой степени противоправно. Тем более, противоправным будет поведение предпринимателя, вызвавшее конкретный вред у контрагента. Деятельность предпринимателя общественно полезна, но индивидуально

27

вредоносна, если не материально, то, как минимум, формально — вред может наступить, а может и нет. Здесь мы видим дуализм интересов: общества и личности.

Обосновывается вывод, что существование такой гражданско-правовой конструкции как непреодолимая сила подтверждает статус принципа вины как единственного начала гражданско-правовой ответственности.

В Заключенииподведены итоги проделанной работы.

Основные положения и выводы диссертационного исследования нашли отражение в следующих научных публикациях автора:

1. Коновалов С.А. Невыплаченную зарплату следовало бы считать «чужими денежными средствами».//Российская юстиция. 1998г., № 10, С. 45. — 0,12 п. л.

2. Коновалов С.А. Понятие гражданско-правовой ответственности. // Право и жизнь. 2006г., № 93 (5). — 0,31 п. л.

3. Коновалов С.А. Структура состава гражданского правонарушения при штрафной форме ответственности. //Право: теория и практика. 2006г., № 4 (75), С. 22-24. — 0,16 п. л.

4. Коновалов С.А. Абсолютность и относительность правоотношения гражданско-правовой ответственности. // Право и жизнь. 2006г., № 93 (6). — 0,16 п. л.

28


[1]

ответственности, разработанные в гражданском праве. Само понятие Институт юридической ответственности в системе от- расли права. Научные предусмотренной объективным гражданским правом меры граж-.