Тема охраны труда и безопасности на предприятиях является весьма актуальной для российского бизнеса. Производственный травматизм, согласно.

Роль охраны труда на производстве



В настоящее время в связи с интенсивностью развития производственных процессов, появлением и развитием новых видов деятельности, охрана труда приобретает все большее значение. Сегодня потери фактически неотработанного времени из-за травматизма на производстве, дополнительных отпусков и сокращенной продолжительности рабочего времени составляют 92,5 млн. человеко-дней, что равноценно невыходу на работу в течение года 755,3 тыс. человек [5]. По данным института промышленной безопасности, охраны труда и социального партнерства свыше 30 % ежегодно умирающих россиян составляют граждане в трудоспособном возрасте. Именно неблагоприятные условия труда являются причиной высокого уровня производственного травматизма и профессиональных заболеваний. По данным официальной статистики, ежегодно получают травмы на производстве около 80 тыс. человек и регистрируется более 10 тыс. случаев профессиональных заболеваний, более 14 тыс. человек становятся инвалидами вследствие трудового увечья и профзаболевания. Ежегодно порядка 200 тыс. человек уходят на пенсию, досрочно назначаемую за работу в тяжелых и вредных условиях труда.

Это еще раз подтверждает тот факт, что соблюдение основных принципов охраны труда в современном мире является эффективным инструментом, который позволит:

– гарантированно защитить сотрудников предприятия от вредных и опасных факторов, которые влияют на их здоровье и здоровье их детей;

– снизить расходы на обеспечение производственного процесса;

– исключить серьезные экономические убытки вследствие потери рабочего времени;

– исключить претензии и финансовые санкции контролирующих органов, которые призваны следить за соблюдением требований трудового законодательства;

– повысить производительность и качество труда персонала [2, 41].

Прежде чем говорить об охране труда в настоящее время, стоит обратиться к прошлому. К сожалению, можно констатировать, что в «период застоя» охрана труда не являлась направлением, которое достаточно серьезно контролировалось и регулировалось. Отношение к вопросу об охране труда было достаточно формальным. В период, когда стихийно и слабо управляемо формировались рыночные отношения, во времена, так называемой, «горбачевской перестройки» для руководства предприятий приоритетом было достижение как можно большей прибыли в короткие сроки нежели соблюдение правил и норм техники безопасности, охрану труда оттесняли. Однако и на сегодняшний день многие руководители в управлении предприятием действуют согласно ранее усвоенным консервативным принципам, в которых охрана труда занимает далеко не первое место. При этом стоит отметить тот факт, что подавляющее большинство сегодняшних управленцев понимают всю важность и необходимость соблюдения норм и правил охраны труда на производстве, они считают, что охрана труда является залогом успеха предприятия [3, 18].

Рассмотрим, в чем состоит роль охраны труда на предприятии. В первую очередь в том, что жизнь и здоровье человека является высшей ценностью. Не должны быть приоритетам для руководства размер прибыли, уровень рентабельности либо ценность продукта производства. Руководство не должно оставлять без внимания технику безопасности, которая является первоочередной в производстве. Помимо этого, каждый человек на предприятии ценен именно как сотрудник, которые обладает определенным знанием, умением и навыком.

Во-вторых, в условиях правильно организованной работы по обеспечению безопасности труда повышается дисциплинированность трудящихся на предприятии, повышается производительность труда, снижается количество несчастных случаев, сбоев оборудования и других нештатных ситуаций, то есть в действительности положительно влияет на производительность предприятия.

В-третьих, охрана труда, помимо обеспечения безопасности работников во время исполнения ими служебных обязанностей, включает:

– профилактику профессиональных заболеваний;

– организацию полноценного отдыха и питания работников в период перерывов;

– снабжение работников необходимой спецодеждой, гигиеническими средствами, средствами защиты;

– реализацию определенных социальных льгот и гарантий.

Именно правильный подход к организации охраны труда на производстве, правильное применение нематериальных стимуляторов дают работникам чувство стабильности, защищенности их прав и интересов, внимания со стороны руководства к своим работникам. Налаженная охрана труда снижает текучесть кадров, что, в свою очередь, положительно действует на стабильность предприятия.

Определенно, имеют место быть другие, менее значительные формы влияния охраны труда на производительность предприятия. Однако, и перечисленных выше в достаточной степени хватает для того, чтобы понять особое значение качественного поддержания охраны труда на предприятии.

Охрана труда сегодня, как никогда, актуальна. Хорошо известно, что возникновение нештатных ситуаций может надолго остановить работу производства, создать не только напряженную атмосферу в работе, но и принести существенные финансовые издержки для руководителя. В связи с этим актуальным становится вопрос своевременного распознавания и решения проблем охраны труда, причины возникновения которых ведут к травматизму на предприятии, профессиональным заболеваниям. Рассмотрим основные проблемы и пути их решения.

К проблемам охраны труда, в первую очередь, относится несвоевременное и некачественное обучение работников предприятия, отсутствие достаточной профессиональной компетентности. Мерами, предотвращающими данные сложности, является проведение инструктажей, обучение безопасным приемам выполнения работ. В некоторых случаях требуются изменения и формы изложения, добавление видео и аудио сопровождения, создание наглядных схем и моделей ситуаций в дополнение к сухому тексту программ первичного или повторного инструктажа, более полное использование современных технологий обучения и проверки знаний требований охраны труда. Для всех работников, в том числе руководителей организаций, а также работодателей — индивидуальных предпринимателей обязанностью должно быть прохождение обучения в области охраны труда и проверки знаний требований охраны труда [6].

Также одной из проблем охраны труда является неподготовленность персонала всех звеньев управления к принятию правильных решений в нештатной (аварийной) ситуации, что, в свою очередь, приводит к более тяжелым последствиям как для самого пострадавшего, так и для его окружения. Кроме того, большинство работников имеют склонность паниковать, что, в свою очередь, является препятствием на пути принятия адекватного и правильного решения, которое будет способствовать снижению риска и спасению пострадавшего. Для того, чтобы предотвратить развитие отягчающих факторов в случае аварии, несчастного случая или даже микротравмы (опасного действия работника) необходимо постоянно прорабатывать ключевые действия персонала, чтобы предотвратить наступление таких событий. Для этого требуется четкое донесение до сотрудников, согласно специфике их деятельности, информации о том, каким образом необходимо действовать в первую очередь, во вторую, а каким совершенно недопустимо при текущем развитии событий. Обязанностью непосредственного руководителя должно быть раскрытие цепочки верных действий работника в каждой конкретной ситуации, а также указание на последствия, которые могут возникнуть в ситуации предпринятая работником неверных действий, обозначение степени риска, которой работник подвергает себя и своих коллег по работе. Кроме того, необходимо максимальное вовлечение рабочего персонала в систематическое проведение таких мероприятий, как учебные тревоги, эвакуации и иные профилактические мероприятия.

Снижение порога опасности, ответственности и притупление бдительности работника в процессе производства, имеющего достаточный производственный стаж, также относится к основным проблемам охраны труда на предприятии. Работник, стремясь сократить временные затраты и свои собственные силы, как правило, самостоятельно «оптимизирует» свой рабочий процесс, при этом забывая (игнорируя) о требованиях, которые предъявлены к данному рабочему месту или специальности, по безопасному выполнению технологических процессов. Для того, чтобы ослабить процесс притупления внимания сотрудника необходимо периодически напоминать о возможных последствиях нарушения требований безопасности, что, в свою очередь, должно влиять на самостоятельное осознание сотрудником последствий пренебрежения требованиями охраны труда. И этому подвержены не только непосредственные производители работ (руководители среднего звена), но и первые руководители, что, в свою очередь, оказывает негативное влияние на процесс организации управлением безопасности предприятия. Процесс организации труда является ключевым в системе управления охраной труда на предприятии. Данный этап должен включать в себя выявление всех возможных вредных и опасных производственных факторов рабочей среды и трудового процесса на каждом конкретном рабочем месте, участке, цехе, производстве, это, в свою очередь, позволит устранить эти факторы до начала производства работ, и будет способствовать более рациональной организации безопасного и эффективного труда работников. Для того, чтобы руководителя работ могли осуществить эффективную оценку рисков, необходимо организовывать дополнительное обучение, повышение квалификации в области охраны труда [1, 21].

Одной из насущных проблем охраны труда на производстве является нарушение трудового режима (режима труда и отдыха) работников предприятия. Стоит отметить, что даже незначительные отклонения от нормального трудового режима, который определен трудовым договором и ТК РФ [1], ведут к резкому увеличению таких негативных факторов, как:

– нехватка времени отведенного отдыха, ведущая к накоплению усталости и утомления;

– притупление внимания;

– раздражительность;

– спешка, желание закончить работу как можно скорее любой ценой;

– снижение трудоспособности;

– возрастание риска возникновения заболевания;

– максимальная оптимизация рабочего процесса самим работником путем сокращения времени на подготовку к работе, подготовку инструмента, оценку условий работ.

Все вышеперечисленные факторы негативно влияют на соблюдение охраны труда, повышают уровень аварийности, производственный травматизм, заболеваемость, вызванная производственными факторами. Решение данной проблемы охраны труда заключается в строгом соблюдении режима труда и отдыха согласно ТК РФ [1], исключении необходимости привлекать работников работам, длящимся дольше установленного времени, и работам в выходные дни. Но в случае, если в виду особенностей производства все же невозможно исключить переработки, требуется максимально снизить негативные последствия воздействия вредных и опасных факторов, проводить эффективные профилактические и реабилитационные мероприятия.

Таким образом, роль охраны труда на производстве имеет большое значение, пренебрежение принципами и правилами которой часто приводит к печальным последствиям. На сегодняшний день вопросы безопасности и охраны труда являются важными и актуальными для любого предприятия. Охрана труда — один из основных элементов в управлении предприятием. Поэтому создание и преобразование качественной системы управления охраной труда на производстве, которая будет играть роль связующего звена между многообразием элементов системы охраны труда и её проблемами, должно являться одним из главных приоритетов социальной политики современного государства.

Литература:

  1. Анисимов, И. М. Ключевые проблемы охраны труда / И. М. Анисимов, А. И. Фомин // Охрана труда и социальное страхование. — 2016. — № 5. — С. 14–31.
  2. Занько, Н. Г. Безопасность жизнедеятельности / Н. Г. Занько, К. Р. Малаян, О. Н. Русак. — СПб.: Лань, 2016. — 696 с.
  3. Карнаух, М. Н. Новые принципы в управлении охраной труда в организациях / М. Н. Карнаух, Н. Н. Карнаух // Охрана труда и социальное страхование. — 2002. — № 3. — С. 17–21.
  4. Краснощекова, Е. А. Состояние и актуальные задачи в области охраны труда на российских предприятиях / Е. А. Краснощекова // Вестник ПАГС. — 2011. — № 1(26). — С. 196–199.
  5. Сафонов, А. Л. Концепция-2020: модернизация трудовых отношений [Электронный ресурс] // Из.Ру: офиц. сайт. — 03.05.2012. — Режим доступа: https://iz.ru/news/523621. — 02.02.2019.
  6. Трудовой кодекс Российской Федерации от 30 декабря 2001 года № 197-ФЗ (ред. от 27.12.2018) [Электронный ресурс] // Консультант.Ру: офиц. сайт. — Режим доступа: http://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_34683/. — 02.02.2019.

Основные термины(генерируются автоматически): охрана труда, работа, производство, проблема охраны труда, предприятие, очередь, производственный травматизм, рабочее время, рабочее место, рабочий процесс.

Ключевые слова: предприятие, охрана труда, безопасность трудящихся, важными и актуальными для любого предприятия в России. Охрана труда.

ВИДЕО ПО ТЕМЕ: Виды инструктажей по охране труда. Порядок их проведения. Техника безопасности

Служба охраны труда на предприятии: механизм формирования службы

На всех предприятиях действует система безопасности, которая в полной мере предупреждает возникновение опасных для человека ситуаций, приводящих к проблемам со здоровьем или к его гибели. Этой системе дали название «Охрана труда», а ее действие направлено на то, чтобы обеспечить безопасные условия труда и пояснить, как избежать экстремальной ситуации, так же как и маркировка продукции поясняет правила безопасного хранения и транспортировки товара.

Полная уверенность в том, что каждый защищен

Охрана труда является важной составляющей любого производства, определяя человека, как главную ценность, ведь его безопасность и хорошее здоровье позволяют сделать производственный процесс более четким, что повысит рентабельность самого предприятия. Человеческая жизнь не должна быть разменной монетой ради хорошей заработной платы, либо особо ценного продукта, который производит предприятие. Ничто не должно быть превыше обеспечения защиты человека от угроз его здоровью и жизни. Правильно организованная система охраны труда дисциплинирует самого работника и, как следствие, ведет к повышению производительности выполняемой работы и увеличению ее эффективности.

Охрана труда направлена не только на безопасность трудового процесса, а и на профилактику заболеваний, организацию питания и отдыха работников, обеспечение их спецодеждой и средствами гигиены. Охрана труда также в полной мере несет ответственность за выполнение собственником социальных гарантий и льгот.

Правильно организованная охрана труда позволяет работникам чувствовать себя защищенным, в результате чего повышается заинтересованность в работе и уменьшается текучка кадров. Охрана труда должна находиться на таком высоком уровне, чтобы даже заклейщики коробов могли чувствовать заботу руководства о своем здоровье – это позволит стимулировать рабочий процесс и повысить качество выпускаемой продукции.


ВИДЕО ПО ТЕМЕ: Актуальные вопросы охраны труда

Шамшович, Валентина Федоровна. Совершенствование охраны труда как элемента стимулирование улучшения условий и охраны труда на предприятиях. Актуальность темы диссертационного исследования определяется.

Стандарты безопасности труда (ГОСТы)

Дискуссия двух авторитетных ученых: Актуальные вопросы охраны труда на современном этапе

27.03.2019 9:59:00

Предлагаемая вашему вниманию статья написана в форме научной дискуссии и содержит ответы на актуальные вопросы современной охраны труда. В статье детально рассмотрены понятия «охрана труда», «безопасность труда», «профессиональный риск», «риск–ориентированный подход». Особое внимание уделено вопросам риск–менеджмента применительно к сфере безопасности труда. Предлагаем вниманию читателей научную дискуссию по актуальным вопросам современной охраны труда двух известных ученых — доктора технических наук Г. З. Файнбурга и кандидата технических наук А. Г. Федорца.

Предлагаемая вашему вниманию статья написана в форме научной дискуссии и содержит ответы на актуальные вопросы современной охраны труда.
В статье детально рассмотрены понятия «охрана труда», «безопасность труда», «профессиональный риск», «риск-ориентированный подход».
Особое внимание уделено вопросам риск-менеджмента применительно к сфере безопасности труда. Предлагаем вниманию читателей научную дискуссию по актуальным вопросам современной охраны труда двух известных ученых — доктора технических наук Г. З. Файнбурга и кандидата технических наук
А. Г. Федорца.

 

 

Собеседники:

Г.З. Файнбург
директор Института безопасности труда,
производства и человека Пермского национального
исследовательского политехнического университета,
Заслуженный работник высшей школы Российской Федерации,
д.т.н., профессор
E-mail: [email protected]

А.Г. Федорец
директор АНО 
«Институт безопасности труда»,
к.т.н., доцент
E-mail: [email protected]

Теоретические позиции двух авторитетных ученых, как это следует из их публикаций, существенно расходятся, и редакцией журнала «Безопасность и охрана труда» были предложены вопросы, ответы на которые расположены таким образом, чтобы читатель мог сравнить мнение одного автора с мнением другого. Дискуссия направлена на достижение истины и использует только корректные приемы ведения спора. Ответы обеих сторон отличает высокая аргументированность позиций. Редакция журнала «Безопасность и охрана труда» выражает надежду, что формат и содержание дискуссии вызовет интерес и обсуждение не только в научных кругах, но и у всего профессионального сообщества. 

 
Г.З. Файнбург
 
– Все знают русскую народную пословицу: Одна голова – хорошо, а две – лучше! Вот и редакция журнала «Безопасность и охрана труда» предложила мне ответить совместно с Александром Григорьевичем Федорцом на чуть более дюжины вопросов о современных проблемам охраны труда. Я согласился. Проблем у нас много, большинство из них связано с производственной и трудовой деятельностью, их нужно решать. Но пока никаких кардинальных перемен в сфере труда помимо пенсионной реформы не озвучено.
 
Дело в том, что у российской охраны труда есть одна существенная проблема – созданная когда-то при советской власти применительно к условиям административно–командной экономики, она еще не адаптировалась к реалиям рыночной экономики эпохи первоначального «наворовывания» капитала. А без охраны труда современное производство не может обеспечить выпуск качественной продукции – технологическая дисциплина, основанная на дисциплине труда, в условиях систематического нарушения охраны труда падает почти до нуля со всеми вытекающими из этого последствиями. Эта известная в мире закономерность является одной из основных причин, почему расчетливый капиталистический организатор производства не жалеет средств на охрану труда. Выполнение требований охраны труда повышает дисциплину труда, а с ней и технологическую производственную дисциплину. Именно в этом состоит экономическая эффективность охраны труда.
 
При этом центральным ядром охраны труда является не «строжайшее» выполнение всех требований охраны труда (как известно, «строг наш приказ, да не слушают нас!»), а «условия труда». Именно они являются и условием качественного выпуска продукции, и условием сохранения здоровья на работе (а иначе и до пенсии не доживешь), и объективной причиной производственного травматизма и профессиональной заболеваемости.
 
Вот условиями труда и нужно заниматься. А для их совершенствования нужно понять, что в них не так, провести идентификацию опасностей и оценку риска воздействия этих объективно существующих на производстве опасностей на организм любого работающего, а не только работника, связанного с организатором производства трудовым договором. Так делает весь мир.
 
Для этого (выполнение требований охраны труда требует финансовых и трудовых затрат) государство должно всемерно стимулировать работодателей этим заниматься и, совместно с государством, стимулировать своих работников участвовать в управлении охраной труда, в мероприятиях по улучшению условий труда, в соблюдении требований охраны труда.

 
А.Г. Федорец
 
– Как утверждает народная мудрость – точку зрения в значительной степени определяет место сидения. И не только текущее «место сидения», но мировоззрение, сформированное в результате полученного образования и жизненного опыта. За плечами автора 25 лет военной службы, два военных (инженерно-технических) учебных заведения и гражданский ВУЗ (юридический), более 20 лет научно-педагогической деятельности, 15 лет предпринимательского опыта и опыта руководства хоть и малыми, но организациями. Именно этот жизненный опыт и сформировал взгляды, выраженные в ответах на вопросы дискуссии.
 
Из «возмутительных» ответов на вопросы может сложиться ошибочное впечатление, что я против «охраны труда» или против интересов «человека труда». На самом деле, это не так, так как я отдаю должное безусловной важности деятельности, именуемой во всем мире «охраной труда», но не имеющей ничего общего с тем, что «охраной труда» назвали в нашей стране. Однако это и так будет понятно при внимательном (возможно, повторном) прочтении моих ответов на вопросы дискуссии.


 

Для того, чтобы объективно оценить сущность, содержание, проблемы охраны труда, необходимо иметь системное представление не только об инструктажах, медосмотрах и спецоценке, но трудовом и гражданском праве, техническом регулировании и стандартизации, обеспечении единства изменений и санитарно-гигиеническом нормировании, о государственном регулировании и менеджменте организации.

Поэтому моя позиция тем и необычна, что основана, не на сложившихся в сфере охраны труда «понятиях» и преобладающих устойчивых заблуждениях, а на основе научного и системного подхода, здравого смысла и логики. Только при всестороннем системном рассмотрении складываются «пазлы» понятий «охрана труда» и «безопасность труда». И только при таком подходе становится ясно, что эти «пазлы» только слегка соприкасаются… 
 
Главная проблема заключается в том, что понятия надо называть правильно и давать правильные определения. В сфере «охраны труда» совершенно не соответствуют содержанию названия и определения понятий «охрана труда», «безопасные условия труда», «профессиональный риск», «специальная оценка условий труда», «вредные условия труда» и др. Тогда, к чему, вообще, «охрана труда» и чем мы с вами вообще занимаемся под государственным управлением?
 
Поэтому хотелось бы напомнить одну из центральных концепций конфуцианской философии (чжэнмин), утверждающей необходимость правильно выстраивать понятия ради того, чтобы с их помощью самосовершенствоваться и управлять государством:
 
«Благородный муж проявляет осторожность по отношению к тому, чего не знает. Если имена неправильны, то слова не имеют под собой оснований. Если слова не имеют под собой оснований, то дела не могут осуществляться. Если дела не могут осуществляться, то ритуал и музыка не процветают. Если ритуал и музыка не процветают, наказания не применяются надлежащим образом. Если наказания не применяются надлежащим образом, народ не знает, как себя вести. Поэтому благородный муж, давая имена, должен произносить их правильно, а то, что произносит, правильно осуществлять. В словах благородного мужа не должно быть ничего неправильного».
 
В настоящее время, по моему мнению, в «охране труда» нет ничего названного правильно. Поэтому, как некоторое время назад вполне справедливо заметил уважаемый оппонент, «охране труда» можно было бы дать название «бабушкины сказки», «бред сивой кобылы» или «чудеса в решете», и в том, что сегодня именуется «охраной труда» ничего бы не изменилось.
 
Но, чтобы разобраться в том, что мы имеем сегодня, что требуется уже сегодня и что необходимо делать уже завтра, начинать надо с исправления имен.

 

Как Вы понимаете понятия «охрана труда» и «безопасность труда»?

 

Г.З. Файнбург

– Я понимаю словосочетания «охрана труда» и «безопасность труда» абсолютно так, как их надо понимать в соответствии с их сущностью, так, как их понимают во всем мире все специалисты и просто грамотные люди.
 
Центральным, главным словом, термином и понятием в этих словосочетаниях является понятие «труд». Сущность труда едина во всем мире, хотя его называют в разных странах на разных языках разными словами.
 
Труд носит двойственный характер: с одной стороны, труд – это простой процесс материального переустройства мира, создание в процессе труда орудиями труда продукта труда; а с другой стороны, труд – это социально–экономическое отношение по поводу присвоения продукта труда, часто закрепленное как правоотношение по поводу труда (работы). Заметьте, можно «трудиться», т.е. делать что–то для себя, но нельзя «работаться», а можно только «работать» и чьих–то чужих интересах.
 
Если продукт труда принадлежит трудящемуся, который его произвел, это свободный или частный труд. Таков труд фермера. Весть продукт труда, который произвел фермер, принадлежит ему.
 
Если продукт труда принадлежит не трудящемуся, который его произвел, а лицу, которое наняло этого трудящегося на работу для производства этого продукта, то это наемный труд. Таков труд наемных трудящихся (или работников) во всем мире. За свой труд они получают заработную плату, вознаграждение, возмещение услуг, и т.д. Заметим, что стоимость произведенного продукта труда всегда выше заработной платы. Эта разница образует доход и прибыль нанимателю. Слова в разных языках могут быть разными, а суть одна.
 
Без осознания вышесказанного нельзя понять разницу между безопасностью труда и охраной труда.
 
«Безопасностью труда» называют действия по защите организма работающего от травмирования или иного внезапного, быстрого, а зачастую и смертельного, повреждения здоровья. Но иногда под термином «безопасность труда» понимают и «безвредность труда», т.е. действия по защите от заболеваний, связанных с характером труда. «Безвредность труда» чаще называют гигиеной труда, санитарией труда, защитой здоровья (здравоохранением или здороьесбережением) лиц, занятых трудом. Это касается всех, кто занят любым трудом! И состоят безопасность труда и безвредность труда из реальных материальных организационно-технических и санитарно-гигиенических, а то и лечебно-профилактических мероприятий.

 
Охрана труда – это и безопасность и безвредность труда лиц, работающих по найму. Этим в ней появляется социально–экономический аспект наемного труда, закрепленный юридически: обязанность нанимателя предупреждать причинение вреда нанятому работающему и обязанность возместить причиненный вред нанятому работнику, пострадавшему по причинам и обстоятельствам, связанным с его работой по найму (начиная с момента выхода его из дома на работу и кончая моментом прихода домой с работы).
 
Словосочетания «безопасность труда» и «охрана труда» звучат по-разному на разных языках. В англоязычных странах (а за ними и в международных документах) безопасность труда называется Safety или, что более точно – Safety at Work (обеспечение безопасности на работе). Безвредность труда или здравоохранение трудящихся – Health или, что более точно – Health at Work (сохранение здоровья на работе). Охрана труда в США, в ООН и в Международной организации труда (МОТ), а также во многих странах называется «occupational safety and health» (сокращенно OSH). Охрана труда в Великобритании и в странах бывшей Британской империи, а также в Международной организации по стандартизации (ИСО) называется «occupational health and safety» (сокращенно OH&S). Дословно эти словосочетания означают: «обеспечение безопасности труда и сохранение здоровья работающего по найму». Это и есть значение русских слов «охрана труда».

 
А.Г. Федорец
 
– По своему действительному смыслу отглагольное существительное «охрана» (охранение) относится к категории «деятельность». С появлением в обиходе слова «охрана» филологи в XIX века шутили, что если так дело и дальше пойдет, то вместо слова «соблюдение» будем писать «соблюда», а вместо «наблюдение» – «наблюда». К счастью, тенденция остановила свое развитие на «охране труда»…
 
Изначальное (по К. Марксу) значение термина «охрана труда», действительно обозначает деятельность по «охране (защите) труда от капитала». При этом «труд» в данном контексте рассматривается не в качестве физической «работы», а в качестве источника добавленной стоимости [1, 2].
 
«Охрана труда» (по существу) – деятельность, направленная на защиту интересов наемных работников в трудовых отношениях, опирающаяся на систему государственных требований (правовых норм) и общественных институтов (политические партии, профсоюзы, общественные объединения).
 
Только такое понимание «охраны труда» позволит открыть глаза на неадекватность соответствующего определения ст. 209 ТК РФ и заставит задуматься о действительном содержании всей деятельности по «охране работников от труда» в современных условиях.
 
На самом деле, «охрана труда» – безусловно важная социально-политическая деятельность, которая является элементом системы сдержек и противовесов в обществе, пока еще разделенном на класс «работодателей» и класс «наемных работников». В силу своей роли «охрана труда» является источником социальной конфронтации, поскольку претендует на добавочную стоимость, создаваемую (опять же, по К. Марксу) трудом и капиталом совместно. Теперь понятно, почему предприниматели в «охране труда» так же заинтересованы, как и наемные работники – в предпринимательской прибыли?
 
«Охрана труда», безусловно, имеет косвенное отношение и к «безопасности труда», точнее – к «обеспечению» безопасности труда. «Обеспечить» означает: создать условия, предоставить ресурсы.  В этом смысле более логичным было определение «охраны труда» в «Основах законодательства Российской Федерации об охране труда», утративших силу в 1999 г.: «Охрана труда – система обеспечения безопасностижизни и здоровья работников …». Конечно, и это определение не вполне логичное, но – «теплее»…
 
«Безопасность» можно рассматривать как «свойство» или «состояние». Но точно не «деятельность». Также понятно, что говорить о «безопасности труда», не имея в виду в целом «безопасность производственного процесса», по меньшей мере, не вполне научно.
 
«Безопасность труда» в настоящее время понимается во всех странах и во всех сферах (кроме «охраны труда» в России) одинаково – это такое состояние производственного процесса, при котором отсутствует недопустимый риск для жизни и здоровья человека [3].
 
Но производственный процесс, это здания и сооружения, машины и оборудование, материалы и технологии, менеджмент и компетенции. Отметим, что все перечисленное в нашу отечественную «систему сохранения жизни и здоровья» совсем не входит. Хотя бы потому, что «охраной труда» управляет отдельное ведомство (см. ст.216 ТК РФ), а к производственному процессу это ведомство не допущено.
 
Отметим, что в отличие от «охраны (наемного!) труда» социальный статус «человека» в контексте «безопасности труда»  не играет ровно никакой роли: индивидуальный предприниматель, наемный работник, работник подрядчика, помощник по хозяйству или просто «гражданин». В словосочетании «безопасность труда» и понятие «труд» обозначает совсем не то, что следует «охранять».
 
«Безопасность труда (производства)», в отличие от «охраны труда», отвечает, как интересам работников, так и интересам работодателей. Первым, безопасность производства сохраняет жизнь и здоровье, а вторым – капитал. Но в нашей стране «безопасность производства», почему-то, пока вне закона…
 
 

Что такое «охрана труда» в мире и в условиях национального законодательства РФ?

 

Г.З. Файнбург
 
– Напомним, что охраной труда называют деятельность по обеспечению безопасности труда и сохранения здоровья работающих по найму. К важнейшим принципам охраны труда, общепризнанным в мире, относятся (1) профилактика повреждения здоровья (смерть, травмы, отравления, поражения, заболевания) работающих и (2) система социальной защиты пострадавших на производстве способами обязательного социального страхования.
 
Подчеркнем, что организационно-технические, санитарно-гигиенические и лечебно-профилактические методы обеспечения безопасности труда и сохранения здоровья работающих в процессе выполнения рабочих операций трудовой функции, на рабочем месте, в иных случаях, связанных с работой, практически одинаковы во всем мире, а вот условия, способы, процедуры возмещения вреда, причиненного на работе работающему по найму, различаются в разных странах, поскольку связаны с особенностями национального регулирования социально-экономических и правовых отношений. Например, в нашей стране, охрана труда касается только работников, работающих в интересах работодателей-юридических лиц и работодателей–индивидуальных предпринимателей по трудовому договору. Других наемных работников и других нанимателей она не касается.
 
В основе всей работы организатора производства, нанимающего персонал для замещения производственных функций трудовыми, по организации обеспечения безопасности труда и сохранения здоровья работающих по найму лежит система управления охраной труда. Для того чтобы организатор производства мог использовать наилучший и уже апробированный международный опыт в разных странах разработаны различные стандарты на системы управления охраной труда.
 
В нашей стране наиболее известны (1) Руководство МОТ по системам управления охраной труда – ILO OSH 2001, реализованное в межгосударственном стандарте ГОСТ 12.0.230-2007 и (2) британский стандарт BS OHSAS 18001:2007, широко используемый в странах СНГ для сертификации систем управления охраной труда и промышленной безопасности. Но ими список стандартов СУОТ не исчерпывается. А в марте 2018 года принят первый в мире официальный международный стандарт – ISO 45001:2018 «Системы управления охраной труда. Требования с указаниями по применению». Его внедрением в российскую практику управления еще предстоит заняться.
 
В основе всех систем управления охраной труда лежат несколько фундаментальных принципов: приоритет профилактики перед апостериорным реагированием, включение всего персонала в управление охраной труда, идентификация опасностей и оценка риска, разработка мероприятий по защите от рисков воздействия и внедрение их в практику.
 
К важнейшим мероприятиям охраны труда относят (1) изменение технологии производства, включая замену оборудования, средства (2) коллективной и (3) индивидуальной защиты, (4) лечебно-профилактические мероприятия, (5) формирование и развитие профессиональной компетенции работающих для безопасного выполнения работ, (6) формирование и стимулирование внутренней мотивации работающих и их руководителей на безопасный труд и безопасное поведение.
 
Российская охрана труда в целом соответствует международным образцам, но содержит и достаточно много непринципиальных, но мешающих наилучшей практике, отличий. Например, надуманная, дорогостоящая, не влияющая на безопасность труда, небрежно прописанная, вызывающая немало обоснованной критики и неприязни, вплоть до социального ожесточения, специальная оценка условий труда уникальна, действует только в России, и пока ничего кроме вреда охране труда не принесла. Есть и еще масса недостатков. Они настолько вопиющи, что известны всем и вся.
 
Но есть и масса достоинств. Наши гигиенические нормы научно обоснованы и являются одними из наиболее жестких, наиболее защищающих в мире, наша система обучения вопросам охраны руда – одна из самых лучших в мире… Есть и еще много достоинств охраны труда в России, но увы, несмотря на эти достоинства, обилие нормативов, их детальность и жесткость, уровни травматизма и заболеваемости пока очень далеки от требуемых… Надеемся, что только пока…
 

А.Г. Федорец
 
– Понимание сущности «охраны труда» в мире за последние 150 лет в целом не изменилось: речь идет исключительно о социальной защите наемного работника и результатов его труда от «капитала» (бизнеса, предприятия, прибыли…).
 
Но за это время очень изменился сам мир, стремящийся к стиранию различий (расовых, религиозных, социальных, гендерных и пр.). В таких толерантных условиях «охрана труда», как значимый источник социальной конфронтации выглядит вообще одиозно и в документах даже самой МОТ табуируется, как, и термин, обозначающий темнокожую расу.  Поэтому не случайно в современных документах МОТ термин «социальная защита» (social protection) используется в качестве синонима не вполне приличного термина «охрана труда» (labor protection).
 
Систематическая подмена в отечественных документах понятия «occupational health and safety» («безопасность и здоровье на производстве») на «охрану труда», является, по меньшей мере, неадекватной (если не иметь в виду возможный умысел). В любом контексте «безопасность» — это не «охрана» и не «защита», а «свойство» или «состояние». Несмотря на то, что «логика» (как и «техника безопасности») в «охрану труда» не входят, но их пока никто и не отменял.
 
За рубежом никто не стал бы сравнивать понятия «безопасность труда» («occupational health and safety») и «охрана труда» (labor/social protection), как совершенно не сопоставимые. Точно так же совершенно невозможно сопоставить понятия «система менеджмента безопасности труда и охраны здоровья» («occupational health and safety management system») с «системой управления охраной труда», отечественной придумкой, которой нет аналогов.
 
В России понятие «охрана труда» уведено далеко в сторону от своего изначального смысла. Согласно ст. 209 ТК РФ «охрана труда – система мероприятий». Любому образованному человеку с первого взгляда на ТК РФ ясно, что, во-первых, это точно не «система», а во–вторых, «мероприятие» — это способ чем-то занять бездельников, сымитировать деятельность или просто потратить чужие деньги под прикрытием общественного интереса. Но точно не способ что–либо «обеспечить», решить задачу или достигнуть цели. Для этого «принимаются меры».
 
Тем не менее, о «перечне мероприятий» отечественной «охраны труда» можно говорить вполне уверенно: охрана труда – перечень мероприятий. Все мероприятия охраны труда фактически перечислены в ст. 212 ТК РФ и повторяются в Типовом положении о СОУТ.
 
Все «мероприятия охраны труда» (без исключений) не имеют отношения к производственным процессам, т.е. не имеют отношения и к «безопасности производственных процессов» («occupational health and safety»). С административно–правовой точки зрения это объясняется очень просто: охраной труда (мероприятиями) управляет Минтруд России (ст. 216 ТК РФ). При этом в сферу «охраны труда» не входят направления, администрируемые другими ведомствами (пожарная, промышленная безопасность, гигиена труда). Кроме того, все федеральные органы исполнительной власти не вправе устанавливать требования к продукции и, соответственно, к производственным процессам, включая требования к безопасности (ст.ст.1, 4 Федерального закона от 27.12.2002 №184-ФЗ «О техническом регулировании»). 
 
Поэтому понятия «безопасность производственного процесса» и «безопасность труда» в нашу отечественную «охрану труда» вообще не входят. «Безопасные условия труда» – это о чем-то другом: привлекательном, но принципиально не достижимом… Что объединяет понятия «охрана труда» в мире и в России, так это то, что в обоих случаях «охрана труда» имеет весьма отдаленное отношение к непосредственному решению организационно–технической задачи «сохранения жизни и здоровья работников в процессе труда».

 

Почему, несмотря на обилие нормативных актов по охране труда, реальный производственный травматизм в России много выше, чем в развитых странах?

 
Г.З. Файнбург
 
– Если образно ответить, то получатся слова замечательной русской народной пословицы: «Гладко было на бумаге, в жизни встретились овраги!». Оторванность многих нормативных актов от реалий жизни, нацеленность их на бюрократические отчеты, а не на реальное воздействие на реальные механизмы обеспечения охраны труда – все это оказывает свое негативное действие.
 
Три класса причин сливаются в один печальный результат.
 
Во-первых, наша страна очень отстала по автоматизации и механизации труда от цивилизованного мира. У нас слишком много тяжелого, ручного, физического труда, при котором травматизм естественно выше, чем у операторов новейшего почти полностью автоматизированного оборудования в Европе или Америке.
 
Во-вторых, российский менталитет – что хочу, то и ворочу, в сочетании с резко негативным отношением к любым нормативным требованиям (пример, – демонстративное отстегивание ремней безопасности в автомашине) проявляется в охране труда самым неблагоприятным образом. Все – абсолютно все – и рабочие, и руководители, и собственники, и чиновники – все убеждены, что требования охраны труда выдуманы и абсолютно не нужны… Их никто не выполняет, и выполнять не собирается, только под палкой что–то делается… А все бумаги, загодя оформленные на всякий случай, лежат на полках, поскольку они написаны далекими от практики людьми, написаны для «галочки», для формализма, они нереалистичны, и в реальной жизни никто ничего не выполняет…
 
В-третьих, система управления, а особенно государственного регулирования, наполнена непрофессиональными, уникальными в мире, не выполнимыми на практике, зачастую коррупциогенными и надуманными бенефициарами, не обоснованными научно (науку разогнали и на тендерах за три копейки любой прохожий может взяться за выполнение сложнейших работ) чрезмерно детальными и губящими инициативу «требованиями охраны труда»…
 
Русская народная пословица гласит: Если Бог хочет наказать, он лишает разума! Увы в «Стране Дураков» разум не нужен, в ней нужны лишь Коты Базилио и Лисы Алисы, коих развели десятками тысяч! Что посеешь, то и пожнешь….
 
Когда-то известный антикоммунист, антисоветчик, ярый ненавистник нашей страны и идеолог американского империализма и гегемонизма Збигнев БЖЕЗИНСКИЙ сказал: «Новый мировой порядок будет строиться против России, за счет России и на обломках России». А охрана труда – важнейший элемент сохранения трудового потенциала нации, условие развития производительности труда и функционирования устойчивой экономики, экономики, позволяющей России сохранять свою независимость и государственность. Вот ее и пытаются всеми силами на всех фронтах незаметно разрушить.
 
Но и помимо этого в России не хватает профессионального мастерства работников и руководителей, всеобщей мотивации на безопасный труд, достойного вознаграждения за безопасный и производительный труд (фактически стимулируется только казнокрадство), простора для инициативы масс. Крое того, Россия не прошла тотальную бесчеловечную «дрессировку» людей безжалостной «дисциплиной труда» капитализма, через 500 лет которой прошли все развитые ныне страны.
 
А уровень травматизма – это своеобразный индикатор реального состояния дел с «культурой производства» и с «культурой безопасности». Это абсолютно всем понятно. А потому огромные усилия тратятся на организацию возможности официального не учета реально произошедших несчастных случаев. Обратим внимание, что число учтенных несчастных случаев с работниками резко падает, поскольку работники массово становятся лицами без определенных занятий, не работающими, а оказывающими услуги по договорам гражданско–правого характера или в рамках одновременно запрещенно–разрешенного заемного труда. Несчастные случаи с такими лицами не учитываются официальной статистикой, и картина становится намного более красочной.
 
Но все все правильно понимают, ведут себя соответственно, а потому результирующая реальность ужасает! 
 

А.Г. Федорец
 
– Многочисленные исследования показывают, что отечественная официальная статистика травматизма лукавит не менее, чем на … 95%. Очень наглядную картину рисует простейший критерий МОТ: в странах с «удовлетворительным» учетом травматизма 1 несчастный случай со смертельным исходом должен приходиться не менее, чем на 500 не смертельных несчастных случаев. В Германии, например, этот показатель держится на уровне, примерно, 1700. В России этот показатель постепенно снижается и опустился уже почти до… 20. Теория вероятностей и математическая статистика утверждают, что в России должны фиксироваться около 2 млн. несчастных случаев в год (в Германии – почти 1,5 млн.!). Сравните с 28 тыс. травмированных по официальной статистике и станет ясно, что говорить не о чем.
 
Растет ли у нас «реальный травматизм», снижается ли у нас «реальный травматизм» – науке это неизвестно. Наука не в курсе дела…
 
Но можно предположить, что с травматизмом у нас, скорее всего, не все в порядке. При этом главная (системная) причина «реального травматизма» и практически каждого отдельного несчастного случая кроется именно в «обилии» неадекватных «нормативных актов».
 
Кстати, все ли знают, что в правовой системе России понятие «нормативный правовой акт» (НПА) до сих пор однозначно не идентифицировано, а термины «нормативный акт» (НА) и «нормативный документ» (НД) могут, вообще означать все, что угодно (в зависимости от контекста)? Для того, чтобы оценить вред, который наносит безопасности труда «обилие» НА, НД и НПА достаточно представить, что каждый рабочий день появляются около 100 новых «как бы» НПА и понять, что их требования не подлежат непосредственному применению работниками организации, поскольку адресованы только … самой «организации» (в «охране труда» – «работодателю»).
 
Поэтому каждый новый НПА (или НД?) и каждое относящееся к организации требование каждого документа внешнего происхождения подлежит в организации «расписыванию» по должностным лицам и иным работникам с учетом их ролей, функций, полномочий и пр. На самом деле, даже наши крупнейшие государственные монополии с этой задачей не справляются: не хватает ни компетенций, ни иных ресурсов.
 
А повсеместно встречающееся в инструкциях формальное обязывание каждого работника соблюдать все требования «всей охраны труда», содержащиеся во всех действующих то ли «актах», то ли «документах», то ли «мнениях» приводит исключительно к травмам, гибели и авариям.
 
Несчастные случаи предотвращаются не обобщенными «нормативными» актами, не абстрактными «мероприятиями» и, вообще, не всеобъемлющей «охраной труда», а принятием конкретных организационно–технических мер, направленных на недопущение конкретного несчастного случая, с конкретным работником, на конкретном рабочем месте, в конкретных условиях, с использованием имеющихся в конкретной организации возможностей и компетенций.
 
«Технику безопасности» отменили, что такое «владение безопасными методами и примами работы» до сих пор не объяснили, а «обилие нормативных актов» и «мероприятий» лишает даже добросовестных работодателей возможности изыскать время и ресурсы, чтобы обратить внимание на «безопасность труда».
 
Интересно узнать, в какой степени сохранит жизнь и здоровье оленевода его следование «Правилам по охране труда оленеводов», скомпилированных (как это принято) вчерашним студентом–троечником с различных советских «Правил по технике безопасности»? Одно очевидно, если оленевод подойдет к оленю не с той стороны, с которой ему предписал мудрый бакалавр, его работодателя оштрафуют…
 
В этом и заключается истинный смысл НПА в охране труда – служить источником административных санкций, а не мерой, предупреждающей травматизм и заболеваемость.

 

Что представляет собой понятие «риск» и какие методы управления рисками существуют?

 
Г.З Файнбург
 
– Слово, термин и понятие «риск» очень широкое и очень часто используется. Слово «риск» по широте использования аналогично слову «хлеб». Все его знают, каждый день используют, но часто под другим названием – например, батон, буханка, булка, а как выпечь хороший и вкусный хлеб не знают, едят то, что дают или продают, не хлеб, а одно «название». Вот и термин «риск» широко используется в разных смыслах для разных целей.
 
Наиболее общее определение риска – неопределенность результата действий. Именно так дает одно из определений риска международный стандарт ISO 45001:2018.
 
Но для безопасности труда, для охраны труда этого мало, на этом понятии не построить систему профилактики неблагоприятных результатов, а потому, нарушая общую идеальную традицию – одно понятие – один термин, этот же международный стандарт дает еще одно (!!!) определение риска: риск – сочетание возможности неблагоприятного события с его значимостью (тяжестями последствий). Такое же определение риска дается и в ССБТ. Оно не противоречит, а детализирует в сфере охраны труда общее понимания риска, как неопределенности результата действий.
 
К несчастью, вид этого сочетания принципиально неизвестен, а потому на практике используют слово риск для именования лишь одной возможности событий, словесно фиксируя (определяя, выбирая) ту или иную значимость событий (например, смертельный или несмертельный травматизм).
 
Очень часто, путая возможность и ее количественную меру – вероятность, говорят о вероятности события. Заметим, что в международных англоязычных документах для описания риска используют не математическую вероятность – probability, а ее обыденный аналог – возможность с грубой оценкой «будет или не будет» – Likelihood.
 
Подчеркнем, что риск – качественная величина, и для его измерения нельзя использовать классические количественные метрические шкалы измерения, а нужно пользоваться шкалами наименований и порядка. Для корректного измерения величины риска необходимо ввести понятие «степени риска», как это сделано нами в системе межгосударственных ГОСТ ССБТ: степень риска – это мера риска, балльная и/или вербальная, ранжирующая по шкале порядка место данного риска среди других рисков. Из всех возможных степеней риска выделяют три типа степени риска:
 
Первый тип – пренебрежимо малая степень риска (ничтожный риск). Это степень такого риска, наличием которого можно пренебречь и, не предпринимая никаких специальных мер обеспечения безопасности, допустить персонал к выполнению работ, производимых в рамках общих мер безопасного поведения и безопасных приемов труда, практически без использования специально предусмотренных мер и средств обеспечения безопасности.
 
Второй тип – допустимая степень риска (допустимый риск). Это степень такого риска, при котором организатор производства может допустить работающих к выполнению работ, но только при строгом соблюдении ими установленных регламентов выполнения работ и использования регламентированных мер и средств безопасности. (Допустимость степени риска определяется организатором производства с учетом установленных им мер безопасности и требований национального законодательства).
 
Третий тип – недопустимая степень риска (недопустимый риск). Это степень такого высокого социально значимого риска, неприемлемого обществом, при котором организатор производства не может допустить персонал к выполнению работ при применяемых регламентах выполнения работ, регламентированных мер и средств безопасности из–за возможности серьезного происшествия. (Задача организатора производства в этом случае – разработать новые регламенты безопасного выполнения работ и применить новые средства защиты, т.е. по сути, снизить степень риска с недопустимой до допустимой).
 
Методы управления рисками хорошо известны. В наиболее общей форме они звучат так: устранение (элиминация) риска; снижение риска; ограничение риска; передача риска третьим лицам.
 
 

А.Г. Федорец

 
– Понятие «риск», как и понятие «счастье», – обширно, многогранно и разнообразно. Скорее всего, многих это удивит, но главными понятиями, представляющими понятие «риск» в его современном понимании, являются не «тяжесть» и «вероятность», а «неопределенность» и «контекст».
 
Представление о «риске» в сфере официальной «охраны труда» соответствует началу 60–х годов прошлого столетия. В данном случае Минтруд России, предполагающий в качестве основы для единого всероссийского метода оценки риска взять метод Файн-Кинни (1976 года) – безусловный лидер. 
 
В крайне ограниченном объеме пытаться изложить существо «риска» достаточно опасно (как для читателей, так и для автора): «неполное знание страшнее полного незнания». Поэтому скажем так: все, что известно о «риске» в рамках отечественной «охраны труда» – заблуждение. От начала и до конца. Чтобы что–то понять о риске следует читать другие книжки, а не ТК РФ или Типовое положение о СУОТ.
 
В рамках настоящего вопроса остановимся только на самых принципиальных моментах, отличающих современное представление о риске от заблуждений, господствующих в «охране труда».
 
Актуальное (с 2009 года) определение риска выглядит следующим образом: риск – влияние неопределенности на цели (по ГОСТ Р ИСО 31000–2010). Несмотря на то, что в основе понятия «риск» лежит «неопределенность», о риске вполне определенно можно сказать, что это точно не «вероятность», о которой идет речь в ст.209 ТК РФ.
 
Признаком действительного понимания существа «риска» в его современной трактовке является отчетливое осознание не вполне очевидного факта: чем больше частота опасного события, тем МЕНЬШЕ РИСК, связанный с этим событием [5]. Поймете это – поймете о риске главное.
 
В 2017 году по заказу ПАО «РЖД» специалистами АНО «Институт безопасности труда» разработан национальный стандарт ГОСТ Р 12.0.011–2017, который впервые (не только в России, но и в мире) реализует современную (2009г.) концепцию риска и принципы риск–менеджмента в сфере безопасности труда.
 
Главная идея стандарта, заключается в том, что «вероятность наступления несчастного случая» представлена в виде «степени нашей недоработки по его предотвращению». А может ли быть иначе? Но именно в этом и заключается принципиальная новизна подхода. А наш национальный стандарт в этом смысле – первый в мировой практике.
 
В первую очередь отметим, что если речь идет о рисках в контексте организации, то «владельцем» риска (еще одно новое понятие в современном риск–менеджменте) и является «организация». Поэтому, было бы грубой ошибкой назвать риск организации (работодателя) «профессиональным», поскольку «работодатель» это не «профессия»… Но и «профессиональный риск работника» также можно выделить и исследовать отдельно (см. следующий вопрос).
 
«Управлять» непосредственно «риском» невозможно, поскольку в основе риска лежит «неопределенность», а «управлять можно только тем, что можно измерить». Поэтому «управление риском», на самом деле, заключается, в управлении его измеримыми параметрами (неопределенность, вероятность, цель, возможный ущерб).
 
Уменьшение неопределенности – это уменьшение области нашего незнания состояния и свойств производственного процесса, а уменьшение вероятности наступления несчастного случая (в концепции ГОСТ Р 12.0.011-2017) означает принятие конкретных защитных мер (не масштабных мероприятий, а конкретных мер!) с известной в системе риск–менеджмента результативностью.
 
Рисками управлять можно, но только и исключительно «в рамках структурированной системы менеджмента, интегрированной в производственный процесс компании». И это не просто «стандартный штамп». Вне системы менеджмента управление рисками такое же бессмысленное занятие, как и счет звезд на небе или управление рисками в рамках «системы управления охраной труда».
 
 

Какова роль понятия «профессиональный риск» в отечественной «охране труда»?

 
Г.З. Файнбург
 
– Если емко оценить роль термина «профессиональный риск» в отечественной охране труда, то можно сказать словами русской народной пословицы: Из грязи в князи!
 
Этот термин долгие годы в нашей стране не применяли, а теперь он стал наимоднейшим словосочетанием. Эти красиво звучащие слова призваны наполнить видимым смыслом бессмысленные по сути выступления разных официальных лиц, зачастую не скрывающих своего личного отвращения к охране труда и ее проблемам. Мы сознательно говорим о термине, а не об обозначаемом им понятии, ибо этот термин сегодня не произносит только ленивый, причем 99% лиц, использующих этот термин, вольно или невольно подменяет смысл обозначаемого этим термином понятия. Вот в чем беда!
 
Подавляющее большинство считает, что термин «профессиональный риск» означает риски, связанные с той или иной профессией. Но это не так! Во всем мире профессиональный риск это риск, связанный с наемным трудом и только! Это хорошо видно в международном англоязычном термине «occupational risk». В нем нет никакой профессии – profession, а есть только занятость (occupation) по найму. Более того, профессиональный риск это не риск любого повреждения здоровья наемного работника в процессе труда, а только очень значимый для общества и пострадавшего риск, связанный с работой – риск утраты трудоспособности, профессиональной и(или) общей, либо риск смерти!
 
Из этого вытекают очень важные следствия. Профессиональным риском можно управлять, занимаясь предотвращением (профилактикой) утраты трудоспособности в случаях производственного травматизма и профессиональной заболеваемости, но нельзя заниматься оценкой профессионального риска на рабочих местах. Никаких объективных данных для этого просто нет.


 

На рабочих местах и силами работодателя можно оценить только риск воздействия идентифицированной опасности или ситуационный риск создания такой ситуации, в которой риск воздействия очень велик. Даже оценкой риска повреждения здоровья должны профессионально заниматься медики. А оценкой профессионального риска, используя статистические данные по всей стране, должны заниматься органы власти: инспекция труда, фонд социального страхования, регулятор, наконец. При этом, данные этого анализа, данные оценки профессионального риска должны быть общедоступны, а не предоставлены «грызущей критике мышей» в закрытых архивах этих ведомств.
 

 
Сегодня «профессиональный риск» – это тотем, на который молятся, это отблеск светлого будущего, это волшебное слово типа «Сезам, откройся». Он призван решить все проблемы охраны труда, а за одно и удовлетворить рентоориентованные фантазии отдельных бенефициаров в сфере его оценки. А пока аффилированные с Регулятором грамотеи пытаются соединить несоединимое и нарисовать принципиально невозможную, а потому никем нигде в мире не используемую, методику оценки профессионального риска на рабочем месте, российская охрана труда живет, как жила, защищая уже сегодня работающих от рисков воздействия, вызывающих в ряде случаев повреждения здоровья, которые зачастую приводят к утрате профессиональной, или общей, трудоспособности либо к смерти пострадавшего.
 
Насильственное внедрение в практику противоестественной для практики оценки профессиональных рисков на рабочих местах, если произойдет объявленное Регулятором, приведет к тому, что настоящая охрана труда в России, уже находящаяся в нокдауне после нашествия специальной оценки условий труда, будет добита окончательна. А с ней и культура производства, а с ней качество и конкурентоспособность продукции.
 
Но, не исключено, что произойдет привычное и отлаженное: все будут говорить о профессиональных рисках, понимать их каждый по своему, управляться с охраной труда, как привыкли… а уникальное российское искаженное понимание термина «профессиональный риск» никак не повлияет на реальную практику охраны труда.
 

А.Г. Федорец
 
– Отвечать на вопросы о сущности понятий, перечисленных в ст. 209 ТК РФ достаточно проблематично, поскольку в этих определениях собраны практически все возможные нарушения законов и правил логики. В том, что касается определения понятия «профессиональный риск» достаточно набраться смелости и признать, что это точно не «вероятность». Тогда станет ясно, что разговаривать о «профессиональных рисках» в «охране труда» вообще не имеет никакого смысла.
 
Можно привести массу цитат, наглядно поясняющих почему не следует во всяком несоответствии искать злонамеренность, но нагляднее всего отражает ситуацию с «профессиональным риском в охране труда» фраза В. ПЕЛЕВИНА: «Миром правит не тайная ложа, а явная лажа».
 
Понятие «профессиональный риск» не является новеллой нашего законодательства. Оно широко используется в развитых странах именно как «professional risk». И означает это понятие, действительно, профессиональный риск … «профессионала»: врача, адвоката, архитектора, топ–менеджера и представителей других профессий, ошибочные решения которых могут нанести существенный ущерб интересам заказчиков их услуг. Владельцем «профессионального риска» в данном случае является, разумеется, сам «профессионал». Этот риск страхуется и существует целое направление страхового бизнеса – страхование профессиональной ответственности (что, собственно, и означает страхование профессионального риска). Примерный аналог – страхование ответственности организаций и экспертов, проводящих специальную оценку условий труда.
 
Тот риск, который у нас некомпетентно и безответственно назвали «профессиональным», должны были бы назвать либо «трудовым», либо «производственным», либо – «риском, связанным с возможным ущербом для жизни и здоровья работников в связи с их занятостью в общественном производстве». Как видим, в более точном переводе на русский язык термин «occupational health and safety risk» выглядит не вполне удобным для применения. Но, согласитесь, это совсем не то, что и «риск архитектора». Назовем, для определенности, этот вид риска «производственным риском», чтобы явным образом отграничить его от «профессионального риска».
 
О каком именно «риске» идет речь в ст. 209 ТК РФ доподлинно неизвестно никому, даже авторам этого юридического казуса. Во-первых, как мы все прекрасно знаем, риск – это все, что угодно, только не «вероятность», а, как минимум, тяжесть с учетом вероятности. Но и «вероятность» в риск-менеджменте совсем не «относительная частота», о которой нам рассказывали в институтах. Во-вторых, из определения явным образом точно не следует, кто именно является «владельцем» этого риска (в рамках охраны труда – «работник» или «работодатель»?). Хотя, исходя из принципа «государственного управления охраной труда» и указания (в ст. 209 ТК РФ) на орган власти, уполномоченный устанавливать «Порядок оценки уровня профессионального риска», можно сделать вывод, что «владельцем риска, упомянутого в ст. 209 ТК РФ» является Минтруд России… Тогда, причем здесь слово «профессиональный»?
 
Исходя из изложенного роль существующего в ст. 209 ТК РФ термина «профессиональный риск» и его определения такая же, как и роль термина «охрана труда» – введение в заблуждение.
 
Правда, имеется надежда, что при очередном обновлении ТК РФ наиболее грубая ошибка в определении «профессионального риска» будет исправлена и с «вероятностью» наконец-то сочетают и «тяжесть». Что, на самом деле, ситуацию не сильно прояснит, поскольку потребуется изменение и первого слова: «профессиональный» (с учетом действительного владельца риска) следует заменить на «федерально-исполнительный».
 
 

В чем Вы видите риск-ориентированный подход к профилактике производственного травматизма и случаев профессиональной заболеваемости?

 
Г.З. Файнбург

 
– Риск-ориентированный подход к профилактике производственного травматизма и случаев профессиональной заболеваемости состоит, грубо говоря, из двух компонент.
 
Во-первых, все мероприятия профилактики производственного травматизма и случаев профессиональной заболеваемости разрабатываются на основе идентификации опасностей и анализа (с оценкой) риска воздействия и ситуационного риска, связанных с идентифицированными опасностями.  Более детально смотри (после их утверждения) ГОСТ 12.0.230.4-2018 «ССБТ. Системы управления охраной труда. Методы идентификации опасностей на различных этапах выполнения работ» и ГОСТ 12.0.230.5-2018 «ССБТ. Системы управления охраной труда. Методы оценки риска для обеспечения безопасности выполнения работ».
 
А, во-вторых, управляют выявленными и оцененными рисками (устраняют, снижают, ограничивают, передают) приоритетно, занимаясь в первую очередь ситуациями, характеризуемыми наиболее высокими степенями риска.
 
И здесь нужно различать индивидуальный риск той или иной рабочей операции, того или иного рабочего места и коллективный риск для всей совокупности работающих.
 
Здесь не обойтись без примера. В организации, помимо прочих, имеется два монтажника-высотника и 500 сварщиков. Индивидуальные риски монтажника-высотника намного выше рисков сварщика, но огромное количество сварщиков делает коллективный (групповой или истинно «профессиональный» или какой-то иной – пока нет никакой терминологии, ни сам подход, ни его термины, ни понятийный аппарат не разработаны… пока же всех заинтересованных лиц волнует лишь тема: кому и как предприятия будут платить за псевдооценку «профессиональных рисков») риск более значимым для разработки мероприятий для его устранения.
 
Подчеркну, что почти все детали риск-ориентированного подхода к профилактике производственного травматизма и случаев профессиональной заболеваемости в общем ничем не отличаются от известных мероприятий охраны труда. Существует иллюзия, что система управления профессиональными рисками это нечто другое, чем система управления охраной труда. С известной долей точности это одно и то же. Во-первых, если уж на то пошло, то более правильно – второе, оно шире и точнее, а во-вторых, разница между этими системами примерна та же, что и разница между словами «жена» и «супруга». Оттенки, не имеющие юридического значения, конечно, есть, но не более того.
 
Заметим, что наилучший риск-ориентированный подход был реализован в советской социалистической командно-административной экономике, когда каждый занимался своим делом. Институты охраны труда профсоюзов изучали практику, собирали данные об инцидентах, травматизме и т.п., анализировали их. Институты медицины руда и гигиены труда исследовали влияние неблагоприятных условий труда на организм работающих. Отраслевые институты создавали новую более безопасную технику и технологические процессы. И все это делалось с позиции «риска». Просто принято было говорить не о рисках, а о заботе партии. Итоги воплощались в инструкции по безопасному ведению работ, которые следовало выполнять неукоснительно. Выполни мы то, что нужно, хотя бы наполовину – мы давно бы стали лидерами по реализации «Vision Zero» и не только снизили бы уровень травматизма до наилучшей практики, но и превзошли бы эту зарубежную «best practice». Да и общество всеобщего благоденствия давно бы построили. Говорить научились, а работать нет. Нужно повышать производительность труда. А повысить ее без нормальной охраны труда невозможно.
 
Альтернативы риск-ориентированному подходу не было, нет и не будет. Можно не говорить эти слова, но действовать нужно, только исходя из оценки риска. Этого достаточно. Вот почему я вижу необходимость применения риск-ориентированного подхода к профилактике производственного травматизма и случаев профессиональной заболеваемости как реалистично организованной практики защиты работающих от риска воздействия опасных и(или) вредных производственных факторов при выполнении работ.
 

А.Г. Федорец
 
– Если заменить расплывчатое слово «профилактика» на конкретное «предупреждение», то, безусловно, именно риск-ориентированный подход на текущем этапе развития человечества является безальтернативным. Следует сразу оговориться, что риск-ориентированный подход к обеспечению безопасности производства и безопасности труда не совместим с «охраной труда» в силу принципа «государственного управления охраной труда».
 
Также следует отграничиться от риск-ориентированного подхода, продвигаемого в рамках совершенствования контрольно-надзорной деятельности. Здесь внедрение риск-ориентированного подхода преследует вполне ясно выраженную цель – повышение результативности надзорной деятельности (собираемости штрафов) при снижении издержек на содержание надзорных органов. А соотношение этих показателей в явном виде и представляет собой «эффективность». Все вполне логично, разумно и прагматично…
 
Все согласны с тем, что установленные требования безопасности (они же «защитные меры», они же «меры управления рисками») следует безоговорочно соблюдать. Разногласия между сторонниками и противниками риск-ориентированного подхода возникают при обсуждении источника этих требований.
 
Сторонники риск-ориентированного подхода (я в их числе) говорят, что меры и требования безопасности вырабатываются компетентными специалистами на самом предприятии, на основе идентификации опасностей и оценки рисков. Роль государства в реализации риск-ориентированного подхода в обязывании работодателей выявлять опасности, оценивать риски, принимать меры, информировать работников. Должно ли государство детально расписывать (предписывать), как именно это работодатели должны делать, а за отступления от единых лекал управления риском наказывать? Безусловно – нет.
 
В основе риск-ориентированного подхода к предупреждению травм и заболеваний на производстве находятся не общественно-трудовые отношения (охрана труда), а производственный процесс. Как уже было отмечено ранее (вопрос 1) производственный процесс включает в себя элементы, которые не могут входить в «охрану труда» просто потому, что не подлежат государственному управлению: здания и сооружения, машины и оборудование, материалы и технологии, менеджмент и компетенции. Для того, чтобы реализовывать на практике риск-ориентированный подход необходимо, соответственно, и знание перечисленных элементов производственного процесса. А это уже сфера компетенций и ответственности технических специалистов и руководителей процессов, а не специалистов служб охраны труда. И уж, тем более, не чиновников Минтруда России.
 
Оппоненты риск-ориентированного подхода, как правило, прикрываются фразами вроде: «все требования безопасности написаны кровью», «не нами установлено, не нам и отменять», «не умничай – выполняй»… На самом деле, в разумных организационных системах все требования безопасности пишутся не кровью, а чернилами: до того, как «кровь пролилась» и для того, чтобы «кровь не пролилась».
 
Кровь человеческая не должна использоваться для написания требований безопасности. Изжитие этого человеконенавистнического лозунга можно считать одним из признаков начала осознания риск-ориентированного подхода.  Оппоненты риск-ориентированного подхода наивно убеждены, что все требования безопасности появляются… из нормативных правовых актов, содержащих государственные нормативные требования охраны труда. Так в средние века, например, люди верили, что крысы и тараканы появляются из грязи. То есть непосредственный процесс их размножения казался людям вторичным.
 
В условиях, когда «как бы действуют» около 200 тыс. «как бы НПА», содержащих (по оценке Правительства РФ) более 2 млн. «как бы обязательных» требований, главные риски для отечественного предприятия – нормативно–правовые. Поэтому одним из главных обязательных условий внедрения в сферу безопасности труда вместо нормативного государственного регулирования риск–ориентированного подхода является радикальное (хотя бы в сотни раз) сокращение числа обязательных (государственных) нормативных требований безопасности.
 
Либо «государственное управление охраной труда» (чрезмерное и оторванное от производства нормативное регулирование), либо «риск-ориентированный подход к предупреждению травм и заболеваний». Все остальное – от лукавого…

 

Какие проблемы в обеспечении безопасности труда на производстве вы считаете главными?

 
Г.З. Файнбург
 

– Убежден, что безопасность труда и охрана труда служат людям, и все делают люди. А слова «управление рисками» на деле означают управление коллективами и людьми, их поведением, их приемами труда, их стремлениями работать безопасно и т.п.
 
Повторю, к важнейшим мероприятиям охраны труда относят (1) изменение технологии производства, включая замену оборудования, средства (2) коллективной и (3) индивидуальной защиты, (4) лечебно–профилактические мероприятия, (5) формирование и развитие профессиональной компетенции работающих для безопасного выполнения работ, (6) формирование и стимулирование внутренней мотивации работающих и их руководителей на безопасный труд и безопасное поведение.
 
Все это делают люди. Кто они? Это и простые работающие труженики, это их руководители, это топ–менеджмент предприятий, это собственники предприятий, это чиновники разных мастей и норова, это ученые и преподаватели в сфере охраны труда, это депутаты и прославляющие их журналисты, это… ВСЕХ ЭТИХ ЛЮДЕЙ НУЖНО МОТИВИРОВАТЬ ЗАНИМАТЬСЯ ОХРАНОЙ ТРУДА И УЛУЧШАТЬ УСЛОВИЯ ТРУДА!
 
И они ВСЕ СДЕЛАЮТ. И без указаний Регулятора, поскольку и так всем ясно, что лучше быть здоровым и богатым, чем быть бедным и больным (а именно к ним и относятся утратившие трудоспособность лица. Об умерших мы просто помолчим, разделяя горе их близких…).
 
Мы неоднократно писали и говорили с трибун о НЕМАТЕРИАЛЬНЫХ МЕРАХ МОТИВАЦИИ. Во многом они уже разработаны и утверждены, но лишь на региональном уровне – в Концепции-2030 улучшения условий и охраны труда ХМАО-Югры.
 
Нужна система наград, почетных званий, премий, дипломов и т.п. Это серьезные нематериальные стимулы. Я горжусь тем, что я полный кавалер «Шахтерской Славы», заслуженный работник высшего образования… Другие люди гордятся другим… Мой друг лауреат Государственной премии по развитию добычи нефти… Неужели это важней, чем сохранение жизни и здоровья на работе десятков миллионов работающих?
 
Убежден, что следует дополнить действующие положения о премиях Российской Федерации по науке и технике так, чтобы стало возможным присуждать премии: – за работы, являющиеся значительным вкладом в решение проблем охраны труда и безопасности производства, управления профессиональными и производственными рисками; – за создание высококачественных методических, учебно–методических и учебных пособий об организации работ по охране труда и безопасности производства, по управлению профессиональными и производственными рисками, а также для массового краткосрочного обучения работников методам защиты от профессиональных и производственных рисков; – за создание высокоэффективных систем управления охраной труда и/или безопасности производства и/или профессиональными и производственными рисками на различных уровнях управления.
 
Следует учредить серию ведомственных, правительственных и государственных наград, знаков отличия, почетных званий за заслуги в обеспечении охраны труда и безопасных условий труда, в том числе государственного звания «Заслуженный работник охраны труда Российской Федерации», знака отличия «Почетный работник охраны труда Российской Федерации», Почетного нагрудного знака отличия «За безопасный труд» трех степеней, ордена Российской Федерации «За заслуги в сохранении трудового потенциала нации (Орден Хранителя)», соответствующих медали и Почетного знака для собственников предприятий, в том числе работодателей – индивидуальных предпринимателей, реально обеспечивающих высокий уровень организации работ по охране труда и безопасности производства, защиты работников от профессиональных рисков.
 
Не менее важны МАТЕРИАЛЬНЫЕ МЕРЫ МОТИВАЦИИ, в первую очередь для организатора производства и его собственника, в качестве которых следует выбрать (1) переход страхователя из класса в класс обязательных социального страхования и страхования рисков гражданской ответственности перед третьими лицами, (2) снижение налогообложения с производственной деятельности, организованной безопасно и гигиенично.

 

А.Г. Федорец
 

– Проблем в обеспечении безопасности труда на производстве, действительно, много, все они сложные, требуют соответствующих компетенций. Потому пока и не решаются.
 
Существует множество сходных проблем, которые находятся на границе взаимоотношений между «экономикой» и «государством». «Охрана труда», находящаяся под государственным управлением, объективно не может иметь непосредственного отношения к «безопасности производства» на частных предприятиях (один из основных принципов гражданского права). Поэтому и «безопасность труда и производства» государство, на самом деле,  не сильно интересуют.
 
Первая и важнейшая проблема, о которой уже упоминалось, это несоответствие государственного регулирования в сфере безопасности производства современной правовой системе России. В правовом государстве «безопасность производства» – категория, прежде всего, гражданско-правовая.
 
Эта проблема ярче всего проявляется в определении «охраны труда» : до тех пор, пока «охрана труда» будет выдаваться за «систему сохранения жизни и здоровья», ни о какой системной деятельности по обеспечению безопасности труда на производстве речи и быть не может.

 
Существо этой проблемы уже было рассмотрено в предыдущих вопросах. Поэтому на принципиальных различиях деятельности по «охране труда» и по «обеспечению безопасности производства» останавливаться еще раз не будем.  А решение этой проблемы обеспечивается логичным разделением понятий, которое неминуемо приведет к исключению из ТК РФ … X Раздела. Если в ТК РФ есть отдельный раздел «охрана труда», почему (строго в соответствии со ст.1 ТК РФ) нет альтернативного раздела – «охрана капитала»?
 
Вторая проблема связана с несметным количество различных «государственных требований». Подавляющее большинство этих требований совершенно неадекватны, но, до тех пор, пока руководители и специалисты вынужденно поворачиваются к государственным требованиям лицом, не сложно догадаться, какой частью тела они повернуты к производственному процессу и его безопасности.
 
В целом решение этой проблемы заключается, как минимум, в сокращении числа действующих «обязательных требований», по меньшей мере, в сотни раз и передача правотворческих полномочий в сфере безопасности производства, как минимум, на уровень Правительства РФ. Это было бы хорошим шагом на длинном и многотрудном пути становления правового государства…
 
Третья проблема, является следствием первых двух и обусловлена профессиональной некомпетентностью лиц, так или иначе имеющих отношение к обеспечению безопасности производства. Все прекрасно знают, что на самом деле представляет собой «обучение по охране труда» или «аттестация по промышленной безопасности». Всем понятно, что «примерные программы» по охране труда имеют к безопасности труда не более чем «примерное» отношение. Объективный взгляд на состояние системы подготовки работников, специалистов и руководителей по вопросам безопасности производства позволяет сделать вывод о полном отсутствии такой системы. И здесь опять всплывает призрак всеобъемлющей «системы сохранения жизни и здоровья», которая подавляет под собой все живое и разумное как … борщевик.
 
Кто, где и когда должен обучить работников «безопасным методам и приемам выполнения работ»? Неужели учить работников их профессии должен работодатель после приема на работу? Где и как часто руководители проходят обучение по организации безопасного производства работ? До каких пор «инструктаж» будет считаться формой «обучения»? Способен ли образованный человек, различающий слова «охрана» и «безопасность» сформулировать «требования охраны труда при обслуживании генератора»?
 


 

Для целесообразной деятельности по обеспечении безопасности труда на производстве требуются конкретные профессиональные компетенции, которые не имеют ничего общего с «примерными» знаниями в области «охраны труда». К сожалению, свет в конце тоннеля в этом плане пока не просматривается, пока не будет решена первая проблема.

 

Какие проблемы социального страхования от несчастных случаев на производстве и от профессиональных заболеваний Вы считаете главными?

 
Г.З. Файнбург
 

– Главной проблемой обязательного социального страхования от профессиональных рисков является отсутствие ОБЯЗАТЕЛЬНОСТИ, и не только платежей страхователей – организаторов производства в ФСС РФ, но и выплат страховщиком – ФСС РФ социального обеспечения пострадавшим.
 
Сегодня организатор производства, имеющий наемный персонал, обязан страховать работников, работающих по трудовому договору, и может застраховать лиц, работающих по договорам гражданско-правового характера, но не делает, сплошь и рядом, ни того, ни другого. И ни за что не отвечает. И это очень плохо.
 
Возьмем данные статистики ФСС РФ. На крупных предприятиях коэффициент травматизма примерно 1,45 (14–15 пострадавших на 100 000 застрахованных за год), на средних – 1,0, а на малых, сложно в это поверить, аж 0,42! А все просто. На крупных предприятиях страхуют, как правило, так, как положено, а на малых предприятиях практически никого не страхуют. Травматизм (неучтенный) там зашкаливает все разумные пределы, а учтенный – супер хороший, лучше, чем в Европах и Америках!
 
Нужно ужесточать контроль над страхованием профессиональных рисков! И жесточайше наказывать уклоняющихся от него организаторов производства.
 
Но нужна и «взаимность». Почему ФСС РФ присвоил себе право единолично решать – страховой это случай или нет? Почему считается, что работающий работает в интересах работодателя только в момент прямого выполнения трудовой функции? Любое другое, даже рациональное, действие: упал на лестнице, поскользнулся в туалете, и т.п. принимается в штыки – в момент травмы пострадавший не работал в интересах работодателя… Почему мы не оплачиваем травмы, полученные в переполненных автобусах, когда люди едут на работу в давке, чтобы не опоздать на работу, и ломают руки, ноги, ребра? Почему мы не платим пострадавшему, если страховщик, грубо нарушая закон, не платил страховые взносы? Ведь расплачиваться будет пострадавший и государственный бюджет страны! Но видимо привычка чиновников веками брать из казны, не экономя – государево, берет верх!
 
Страховщик должен выплатить застрахованному деньги страхователя, если застрахованный пострадал в любых обстоятельствах, связанных с работой. Для этого страховщик и существует. Если мы отказываем пострадавшему, то он идет в суд, если суд отказывает, то пострадавший становится на колени перед пенсионным фондом, и тот дает ему из бюджета пенсию на жизнь! В это время предназначенные для этого деньги работодателя «лежат» в фонде социального страхования. А постоянная муссируемая идея использовать эти средства – а они в профиците – на другие нужды, не связанные с охраной труда, просто чудовищна, граничит с преступлением!
 
Но можно лишь посочувствовать бедному страховщику, он зажат законами до полной невменяемости… Он ничего не может – ни анализ сделать травматизма (не для себя, а для страны), ни заставить страхователя что–то делать по охране труда, даже деньги на превентивные меры он не сам раздает, а ждет, когда их у него попросят…
 
Убежден, что заявительный характер превентивных мер должен быть дополнен предписывающим, и ФСС РФ должен сам решать, кто и что должен делать по превентивным мерам. Это и есть функция страховщика, а не просто кассы для пополнения бюджета!
 
И еще. Нам нужно персонифицированное страхование, и конкретной профессии, и конкретного рабочего места, и конкретного организатора производства. Вот тогда будет дело делаться, и делаться обоснованно. Давайте сделаем страхование, как в Финляндии, и то вперед. Мы много лет говорим об этом, но воз и ныне там. 

 

А.Г. Федорец
 

– В настоящее время Фонд социального страхования РФ (ФСС РФ), пользуясь своим монопольным положением, вполне успешно выполняет функции страховой (финансовой) организации. Конечно, размеры выплат по страхованию, безусловно, нельзя считать удовлетворительными. Но, с другой стороны, и средний размер заработной платы, и средний размер пенсий также не являются основанием для оптимизма. Все эти показатели объективно отражают текущее состояние национальной экономики. Поэтому ФСС РФ в данном случае обвинять не стоит: уровень страховых выплат в ФСС РФ жестко привязан к фонду оплаты труда, к уровню заработной платы, т.е. к уровню развития экономики. Однако рассматривать функции и возможности ФСС РФ только как организации по собиранию и распределению страховых взносов было бы грубой ошибкой.


 

Безусловно второй важнейшей функцией ФСС РФ, после функции социальной защиты, является регулятивная функция, цель которой заключается в стимулировании социального и экономического развития предприятий (страхователей). Глупо было бы полагать, что улучшение условий труда, снижение травматизма и заболеваемости – это самостоятельные задачи, которую можно решить без обновления технологий и совершенствования систем менеджмента.
 
Исходя из самой сущности и целей страховой деятельности страховые тарифы устанавливаются таким образом, чтобы обеспечить прибыльность страховой компании. С чем ФСС РФ будучи государственным монополистом успешно справляется. К сожалению, система обязательного социального страхования устроена так логично и прагматично, что уровень травматизма на прибыльность ФСС РФ фактически не влияет.
 

Финансовое обеспечение предупредительных мер по сокращению травматизма изначально направлялось, в основном, на проведение аттестации рабочих мест, в настоящее время, по большей, части на проведение медосмотров и закупку СИЗ. В какой мере способствуют именно «сокращению» производственного травматизма указанные нормативные меры каждый может судить исходя из личного опыта. Наверное, в этом есть какой-то финансовый смысл, но к сокращению травматизма это ровно никакого отношения не имеет.

 
Единственным потенциально действенным инструментом стимулирования работодателей к повышению уровня безопасности производства мог бы быть институт «скидок и надбавок» к страховым тарифам. Однако и его реализацию следует признать крайне неудачной:

– во-первых, для получения скидки или надбавки, необходимо соблюдение совершенно формальных критериев, связанных с причинами травматизма, так же, как и настоящий опус –  с погодой в Гондурасе;
– во-вторых, пока не удалось разумно решить вопрос учета несчастных случаев со смертельным исходом при определении скидок и надбавок (с учетом численности предприятия, вида деятельности, остальных показателей и тенденций);
– в-третьих, что самое опасное, принятый подход крайне негативно влияет на достоверность статистического учета травматизма (провоцирует сокрытие несчастных случаев и профзаболеваний).
 
Неудачная система скидок и надбавок – только одна из причин неудовлетворительного учета травматизма, но одна из самых очевидных и влиятельных.  «Целевые» показатели травматизма, как правило, директивно устанавливаются на предприятии таким образом, чтобы они случайно не превысили среднеотраслевые. Так поступают большинство предприятий, для которых скидки-надбавки являются значимыми.  И так каждый год. Соответственно – показатели травматизма по видам экономической деятельности неуклонно и неотвратимо снижаются.
 
С другой стороны, альтернативы государственному социальному страхованию в настоящее время нет. Как показывает опыт наших соседей по СНГ передача функций по обязательному социальному страхованию от несчастных случаев и профзаболеваний частным страховым компаниям (по аналогии с ОСАГО) не решает проблемы стимулирования работодателей к улучшению показателей травматизма и, при этом, фактически лишает работников возможности добиться у частной страховой компании получения страховой выплаты (возмещения вреда).

 

«Охрана труда» обязательна в отношении работников работодателя, связанных трудовым договором. Как быть с «безопасностью» работников и иных лиц, работающих как по найму, так и не по найму?

 
Г.З. Файнбург
 

– Чтобы правильно понять, что нужно делать, следует обратить внимание на существовании двух концепций решения этой проблемы.
 
Одна концепция, единственно правильная, но чуждая менталитету российского начальства, искренне считающего себя элитой, а российский народ быдлом, с которым не только можно, но и нужно обращаться по-скотски, состоит не только в сохранении, но и в преумножении трудового потенциала страны, в бережном отношении к «человеческому капиталу». Эта концепция, культивируемая в развитых странах Запада и Востока, говорит о том, что ВСЕ, КТО ТРУДИТСЯ (И НЕ ТОЛЬКО ПО НАЙМУ) должны быть ОБУЧЕНЫ БЕЗОПАСНОСТИ ТРУДА и ЗАСТРАХОВАНЫ ОТ РИСКА ПОВРЕЖДЕНИЯ ЗДОРОВЬЯ.
 
Тот, кто работает сам, сам и должен застраховаться, и по идее, сам должен заплатить за свое обучение. Но поскольку эта категория людей трудится в сельском хозяйстве (фермеры), в сфере услуг (водители, таксисты, экспедиторы), торговли и т.п., т.е. в сферах, которые государство поддерживает, то государство выделяет средства на это обучение и обучает не через сеть частных компаний, хватающих «заказы», а через сеть государственных центров обучения и без всяких тендеров. Всем ведь известно, кто хорошо учит, а кто нет.
 

Рассмотрим, в чем состоит роль охраны труда на предприятии. В связи с этим актуальным становится вопрос своевременного.